Каждая сыгранная нота

Ее охватывает муторное подозрение, что он может быть здесь, и даже мелькает еще более тошнотворная мысль: он может заявиться сюда с очередной повисшей на его руке девкой, тощей, мелкой, лет двадцати, в придачу со своим самомнением, сквозящим в каждом слове. Карина пожевала губами, чтобы на них точно не осталось комочков помады.

Она шарит глазами по двору. Рядом с Пэм и кучкой родителей, толпящихся у раздевалки возле бассейна, Ричарда нет. Карина обводит взглядом бассейн, стойку с грилем, газон. Его нигде не видно.

Она подходит к раздевалке и присоединяется к Пэм, Скотту и другим родителям, собравшимся в кружок. Они тут же понижают голоса и заговорщицки переглядываются. Время останавливается.

– Привет, как тут у вас дела?

Все дружно смотрят на Пэм.

– Э-э-э… – медлит та. – Мы тут как раз говорили о Ричарде.

– Правда? – Карина с замершим сердцем ждет, готовясь к унижению. Никто не произносит ни слова. – А что с ним?

– Он отменил свой гастрольный тур.

– Вот как?

Ничего сногсшибательного в этой новости нет.

Он и раньше, бывало, отменял концерты и отдельные гастрольные выступления. Однажды он так невзлюбил дирижера, что отказался выходить с ним на одну сцену. В другой раз Ричарда пришлось заменить в самый последний момент, потому что он напился в баре аэропорта и пропустил свой рейс. Интересно, что у него за причина на сей раз. Но Пэм, Скотт и все остальные смотрят на нее с мрачными лицами, как будто ей следовало ответить как-то более участливо.

В животе бурлит волнение, внутренние улицы быстро заполняются, а в самом центре на импровизированной трибуне разгорается яростный протест, возмущение оттого, что ей приходится иметь со всем этим дело, что даже Пэм не может проявить к ней побольше чуткости.

Она же развелась с ним. Его жизнь больше не ее забота.

– Ты правда не в курсе? – уточняет Пэм.

Все ждут ее ответа: губы поджаты, тела неподвижны, – прямо зрители, захваченные разыгрывающейся перед ними пьесой.

– Не в курсе чего? Он что, при смерти или что-то вроде того?

У нее вырывается нервный смешок, и звук этот отдает диссонансом.

Она оглядывает собравшихся родителей в поисках кого-то, кто поддержит, пусть даже фраза у нее вышла не слишком уместной, и простит за толику черного юмора. Но все либо смотрят на нее в ужасе, либо отводят взгляд в сторону. Все, кроме Пэм. В ее глазах читается неохотное «угадала».

– Карина, у него диагностировали БАС, боковой амиотрофический склероз.