Уникальный экземпляр: Истории о том о сём

После душа и завтрака, состоявшего из авокадо и подсушенных ломтиков цельнозернового хлеба, Анна взяла купленную у Стива Вонга шлифовальную ленту и начала драить мой садовый столик. Я нашел у себя в хозяйстве наждачку и присоединился.

– Когда отчистишь до древесины, нужно будет перекрасить столешницу. У тебя краска водится? – (Краска водилась.) – Засветло должен закончить. Потом – ко мне. Сначала ужин, потом секс.

Что ж, я не спорил.

– А сейчас мне на работу пора.

Перед уходом она указала на другие деревянные объекты, требовавшие шлифовки и окраски: скамью, дверь черного хода, ведущую в кухню, и старый сарайчик, где у меня хранятся садовые фигурки и спортивные принадлежности.

Работы было невпроворот.

Потный, весь в пыли, перепачканный в краске, я получил сообщение от Анны: «AnnaGraphicControl: обед в 15.00».

За полчаса домчался до ее дома, но перед обедом вынужден был принять душ. Обед состоял из огромных мисок вьетнамского супа-лапши; мы включили BluRay и посмотрели две серии «Замерзшей планеты»[13 - «Замерзшая планета» – четырехсерийный документальный фильм (2011) производства Великобритании, США, Испании, Германии, Греции и Канады.

Режиссер Марк Смит.]. За три с лишним часа узнали всю подноготную антарктических пингвинов и тюленей-крабоедов, обитающих только угадайте в какой части света.

До секса дело не дошло – я вырубился.

День 16-й

Без согласования со мной Анна перенесла тренировку по дайвингу на утро.

Вин распорядился, чтобы мы надели гидрокостюмы и все прибамбасы – баллоны, грузовые пояса и остальное – и опустились на колени в глубоком конце бассейна.

В такой позе мы должны были снять с себя все оснащение, включая маски, задержать дыхание, а затем снова все надеть. После этого Вин сказал, что я не проработал методичку и должен активизироваться.

– А почему, собственно, ты не вызубрил материал? – потребовала ответа Анна.

– Все мое время заняло свидание с абразивной лентой.

По дороге домой у меня запершило в горле, – похоже, начиналась простуда.

– Только не вздумай сказать, что у тебя начинается простуда, – предупредила Анна. – Как только человек говорит, что разболелся, он позволяет себе разболеться.

У нее задребезжал телефон, и она ответила по громкой связи: из Форт-Уорта звонил ее заказчик, некий Рикардо. Сыпал шуточками насчет размножения трафаретной печатью; Анна, сворачивая на мою подъездную дорожку, смеялась. До окончания разговора из машины выходить не стала. Я прошел в дом.