Одно но

Детки были уложены в свои кровати, я удивляюсь, когда вхожу в комнату, как-то пусто, и кого-то не хватает, не привычная обстановка. Адриан лежит в постели и озадаченно лазит в телефоне. Я скольжу к кровати, молча, ложась, накрываюсь одеялом и утыкаюсь лицом в подушку. Аромат Рози на моей наволочке успокаивает, веки смыкаются. Адриан убирает телефон под подушку, как будто боится, что я ночью возьму его и прочту все то, что там есть, но у меня никогда не возникало такого желания, и тем более взламывать пароль, как многие мамаши.

По их рассказам на детской площадке, множество раз это делали и в итоге, кто – то разводился от узнанной информации, кто – то ругался в пух и прах, а кто – то ничего не находил и разочаровывался в этом, и надумывали себе, что они не такие как все, что у мужа никого нет, даже любовника, и это их так расстраивало и вводило в депрессию, может поэтому мне не хочется с ними общаться из – за не понимания чего же они хотят, не только от мужей, но и в целом от жизни. Его рука падает мне на талию, дыхание пристроилось у уха, теперь с ноткой мяты зубной пасты, но все равно лук берет свое, углубляю нос в подушку, выдыхаю и тихо говорю:

– Почему ты меня не доводишь до оргазма? – слышу прерывистое дыхание, а потом оно пропадает, рука скользит на мое оголенное плечо.

– А тебе разве хочется? – удивление в голосе.

Что? Хочется? Блин, он, что себе думает?

– Что? – чуть ли не захлебываюсь от возмущения.

Разворачиваюсь к нему лицом, усаживаюсь в пастели и иступлено всматриваюсь в его светящиеся глаза, в комнате залитым ночным светом.

– Подожди, у нас об этом никогда и речи не было. – приподнимается он на локти.

– А разве об этом говорят? –  мысленно успокаиваю свой тон нетерпеливого голоса.

– Ты для этого ничего не делаешь, о чем речь? – с простотой наивности, играет пальцами по одеялу, раздражая еще сильнее.

Он что серьёзно?

– Адриан, подожди, что я должна делать? Давай с этого начнем, я не понимаю.

Он ухмыляется в своей нахальной улыбке, которую недолюбливаю, этим самым он дает понять, что выше меня во всем, и когда пытается меня задеть, подкрепляет это своей ухмылкой.

– У нас с тобой все неправильно, и каждый раз задаюсь этим вопросом. –  ухмылка исчезает. – Честно, не знаю, как это все исправить.

– Что исправить? Что у нас не так? – ком подходит к горлу.

– В тебе что – то есть, что невозможно сломать.