Водка как нечто большее

Усталость, предпростудное состояние, на работе всё в каком-то затяжном проблемном состоянии, перетекающем из одного в другое… Но в холодильнике кастрюлька со вчерашним куриным супом с клёцками…

Нет, лучше с борщом… Нет, борщ или солянка – это слишком предсказуемо и типично. Вот! Рассольничек с перловочкой на дне кастрюли! Вот суп разогревается, достаёшь початую бутылочку из холодильника, рюмочку из шкафа… Отрезаешь кусочек чёрного хлеба… А пообедать днём толком не получилось… А потом выпиваешь почти подряд две рюмки, немного супа… Проходит 5–7 минут, и ты чувствуешь, как в усталую и тяжёлую голову приходит тёплая пуля! Она входит медленно и откуда-то сбоку в висок… Тяжесть прожитого дня и раздражение отступают, и накрывает волной нежности к домочадцам, если такие есть, ну а если нет, то ко всему остальному человечеству.

После третьей же рюмки возникает непреодолимая потребность обнять родного человека, обнять ближнего… И если нет такового рядом, то рука сама тянется к телефону… Необходимо позвонить другу, услышать голос… Водка не терпит одиночества, как уже было сказано выше.

Разве можно такое объяснить норвежцу или португальцу?

А водка на сентябрьском пикнике из пластикового стаканчика под шпроты, вынутые двумя пальцами из банки? А штрафная за опоздание к столу под солёный, чуть-чуть с газком огурец? А водка из маленького, кислого на вкус металлического походного стаканчика ночью у реки и под уху? Да мало ли?

Вот это всё главные составляющие бесконечного коктейля. Коктейля, состоящего из наших, сугубо наших, жизненных ситуаций, привычек, ритуалов, городов, деревень, рек, озёр, праздников, свадеб, поминок, дней рождений и кристин, горестей и радостей, встреч, расставаний, одиночества, дружбы… и водки.

Бесконечный наш лонгдринк.

Этой связью водки с нашей повседневной жизнью, возможно, и объясняется тот простой факт, что водка не выдерживается в бочках по многу лет, не хранится в пыльных бутылках в подвалах, накапливая вкус и суть. Она должна быть готова к употреблению сразу, как только будет изготовлена и залита в бутылку.

Невозможно представить себе водку урожая 1965 года, 1976-го, 1983-го, да хоть позапрошлого годов. Нелепо само предположение, что кто-то может спросить у сомелье: «Водка у вас какой выдержки? Какого, говорите, года у вас есть водка?» Это всё остальное может храниться десятилетиями: коньяки, кальвадосы, виски, ром… А водку как можно хранить? Что это за водка, которую так долго хранить кому-то хватит силы воли и характера.