Три судьбы под солнцем

Просто немного иначе.

Это была старая семейная шутка. Милая и приятная. Она закрыла глаза и кивнула.

– Я тоже люблю тебя, только иначе. Отправь его домой. Все в порядке.

– Ты уверена?

– Если он будет здесь, я смогу более тщательно мучить его.

– Вот это моя девочка. – Он отпустил ее. – Я беру на себя работу у Гордон.

– В доме по соседству? Не Зик?

– Мы с ним решили, что я больше подхожу для этого проекта.

Она посмотрела на Уэйда и подняла брови.

– Конечно, подходишь.

Уверена, это был долгий и вдумчивый разговор, и ни слова о том, что Энди Гордон – симпатичная, одинокая и у нее отличная задница.

– Моя работа – это сплошная боль. Я делаю все, что в моих силах.

– Ты законченный и неисправимый кобель.

– Не совсем, но я действительно хочу заценить новую соседку. – Он подмигнул. – У меня с утра назначена встреча. Пожелай мне удачи.

– Даже не подумаю. И отправь моего мужа домой.

Уэйд махнул рукой в знак согласия и направился к своему грузовику.

Бостон вернулась к своим посадкам.

Зик вернется, они поговорят, и жизнь снова пойдет своим чередом. В какой-то момент ему придется признать, что она не готова к следующему шагу. Ее сердце разорвано на столько частей, что, возможно, никогда уже не станет целым. Люди исцеляются по-разному и в разные сроки. Ее вполне устраивало, что он готов двигаться дальше. Ей почти хотелось походить на него. Почти. Потому что правда заключалась в том, что не отпускать прошлое значило как бы оставаться рядом со своим умершим ребенком.

В ее боли Лиам всегда был с ней – именно там, где ему и место.

Дина не знала, сколько времени просидела в парке. Когда она наконец заставила себя пошевелиться, ее била дрожь. Возможно, из-за того, что на улице похолодало, а может, из-за чего-то, что засело глубоко внутри.

Слова Колина продолжали терзать ее. Встав, она словно ощутила, как из невидимых ран сочится кровь.

Он не прав, сказала она себе, возвращаясь к внедорожнику.

Как он может так о ней думать? Она любит детей. Она посвятила семье всю свою жизнь, всю себя. Вся ее жизнь определяется этими отношениями, ее любовью к семье. Дина завела двигатель и медленно поехала назад к дому. Когда она поворачивала, папка соскользнула с сиденья и бумаги рассыпались по коврику под пассажирским местом.

«Я была так уверена в его измене, – с горечью подумала она. – Так подготовились.