Когда Ницше плакал

Зиг больше не будет приходить сюда, если ты не будешь составлять ему компанию за ужином».

«Нет, я устала, да и вы всю неделю не были наедине».

Когда они шли по длинному коридору, Фрейд заскочил в спальни детей, чтобы поцеловать их на ночь. Он не внял их мольбам рассказать им сказку, пообещав в следующий раз рассказать две. Он нашел Брейера в кабинете, обитой темными панелями комнате с большим центральным окном, задрапированным плотными шторами из темно-бордового бархата. В нижней части окна, между внешними и внутренними створками лежали несколько подушечек, выполнявших роль изоляции.

На страже окна стоял массивный ореховый стол, заваленный грудами открытых книг. Пол был покрыт толстым кашанским ковром в синих и слоновой кости цветах, а три стены от пола до самого потолка занимали книжные полки, битком набитые книгами в тяжелых переплетах черной кожи. В дальнем углу комнаты на бидермейерском карточном столике на тонких конических черно-золотых ножках Луиза уже поставила холодного жареного цыпленка, салат из капусты, семян тмина и сметаны, Seltstangerl (хлебцы с солью и семечками) и Giesshubler (минеральную воду). Матильда сняла тарелки с супом с подноса, который нес Фрейд, поставила их на стол и собралась уходить.

Брейер, зная, что Фрейд был рядом, коснулся ее руки:

«Останься с нами. Мне и Зигу нечего от тебя скрывать».

«Я уже перекусила с детьми. Вы двое справитесь и без меня».

«Матильда, – Брейер попробовал подкупить ее нежностью, – ты говоришь, что редко меня видишь.

Вот он я, здесь, а ты покидаешь меня».

Но она покачала головой: «Я вернусь через минуту со штруделем».

Брейер бросил умоляющий взгляд на Фрейда, словно говоря: «Ну что мне еще сделать?» Через мгновение, когда Матильда закрывала за собой дверь, он перехватил ее взгляд, адресованный Фрейду, который словно говорил: «Видишь, во что превратилась наша совместная жизнь?» И тут впервые Брейер осознал, в какое неловкое и деликатное положение попал его молодой друг, став доверенным лицом обеих сторон охладевшей друг к другу пары.

Мужчины молча ели, когда Брейер заметил, как взгляд Фрейда скользит по книжным полкам.

«Мне стоит завести полку для твоих будущих книг, Зиг?»

«Хотелось бы! Но не в этом десятилетии, Йозеф. Единственное, что удалось написать аспиранту-клиницисту при Главной больнице Вены, так это почтовую открытку. Нет, я думал не о том, чтобы написать, а чтобы прочитать все эти книги.