Красная ягода. Черная земля. Сборник стихов

Нет, это всё правда, искусство превыше вражды,

нелюбви, сатаны,

Локальных конфликтов, мелких калибров, границ

страны,

Но я не вернулась с войны, понимаешь, не вернулась

с войны.

Я бы хотела вернуться, но я не вернулась с войны.

Сердце моё в степи клюют чёрные вороны.

Тело моё разметало на все на четыре стороны.

И я осталась в этой степи, осталась на этой войне,

Где пьём не чокаясь со взводом связи, где в белый

выходит снег

Белая группа, вся в маскхалатах, белые ходоки,

И смерть с терриконов глядит, залегли стрелки.

И прячутся танки в рощице у реки.

Так что я не спорю, искусство выше, любовь всегда

победит,

Снимай свой клип, езжай в свой Киев, танцуй под бит,

А я уже всё сказала.

И сердце моё разрывается на шматки,

Как донецкое сало.

    Ноябрь 2019

«На самом деле космонавт Алексей Леонов…»

На самом деле

Космонавт Алексей Леонов

Угнал с Байконура ракету

В девяносто третьем году.

По Москве шли танки. Всё горело в аду.

Его, конечно, узнавали,

Он даже дал один или два автографа,

Но улыбался.

Говорил: «Ребята, нет времени, очень спешу, мол».

Все понимали.

Везде пускали,

Радовалась даже уборщица тётя Шура.

В одиночку запустить космический аппарат «Союз»,

Скажем прямо, почти невозможно,

Совсем невозможно, боюсь.

Но ему помогали ангелы,

Переодетые в серые робы, чтобы не было видно крыльев,

И он поднялся,

Заволочённый земною пылью,

Выжженными травинками, сгоревшими мотыльками,

Отправился в открытый космос.

Над нами.

Над нами.

…по телевизору потом показывали двойника,

Что вы смеётесь, это не теория заговора, это реальность,

спросите кого угодно,

новая реальность, в которой живём сегодня.

В девятнадцатом двойник и умер.

А Леонов вроде бы жив.

Колонизировал какую-то необитаемую планету.

Только письма не ходят – ведь там, на ней

Нету ни голубей, ни «Почты России», ни Интернета.