Красная ягода. Черная земля. Сборник стихов

Однажды ты пропустишь момент, когда из боли можно сделать просто бабий вой, пусть страшный, долгий, но хотя бы понятный, и вдруг совершишь странный шаг: попробуешь шагнуть на небо, не покидая землю. Нельзя сказать, что это очень приятный путь. Как тебе там, Ксеньюшка? Между небом и землей? Я так и думал – не очень.

Кстати, я не знаю, как будет названа книга. Аня написала: «Нечаянная река» или «Живое». И то, и другое это тоже, собственно, между небом и землёй. Река течёт, в ней небо отражается: водораздел небесного, водного и земного, к тому же нечаянный.

«Живое» тоже – короткая вспышка между «ещё нет» и «уже никогда». Первое, что бросается в глаза, когда общаешься с автором этой книги вживую: Анна Долгарева выглядит всегда немного потерянной.

Ни хорошего, ни дурного

О тебе никогда не скажу.

У меня есть русское слово,

И его ледяная жуть.

Это хорошее определение – ледяная жуть слова. У Лескова есть прекрасная и страшная повесть – «Житие одной бабы».

Если забыть о всей ледяной жути сюжета и оставить только основную мысль (но жуть всё равно наплывёт на неё, оледенив), то она проста: всё, что у нас есть спасительного – это любовь, без которой, и потеряв которую, можно сойти с ума.

Человек затеряется в этом снегу, в этой весне, в этом поле. Он сошёл с одного ума, а в другой не пришёл. Он застрял между небом и землёй. Между болью и стихотворением. Ему нужно только одно – да где ж это взять?

Всё, что я есть, – отмечено ею.

По большому счёту,

Я вообще ни о чём не умею,

Кроме любви.

Впрочем, человек может затеряться и в собственной книге.

Поэтические книги не созданы для того, чтобы читать их навылет, страницу за страницей: тут перелистнем, не прочитав (это нормально), где-то просто страницы склеились, а тут отвлеклись и книгу закрыли. Сборники стихов – это же не повесть, там не надо следить за сюжетом, хотя там сюжет есть, он просто подземный, подводный. Стихи читают, открывая наугад.

Вот тут. Вот тут. Теперь ближе к середине.

Мне бы очень хотелось, чтобы этот текст не потерялся.

* * *

Не ищи себя в зеркалах, раз настала осень.

Я сижу в вагоне, он идёт среди сосен,

я давно никого в отражениях не встречаю.

Передайте ему, что я по нему скучаю.

Голубой вагон идёт куда-то на север,

мой осенний ад привычен и ежедневен.

Проводник приносит стакан горячего чаю.

Передайте ему, что я по нему скучаю.