Заклятие полнолуния

Бажена знала, что он не дичь пошел ловить, а грех на себя большой хочет взять, и от этого ей становилось худо.

Отец больше и словом не обмолвился о предстоящей свадьбе.

Иногда, когда становилось совсем плохо на душе, Бажена тихо плакала ночью, лежа на лавке, повернувшись к стенке, и вытирала слезы рукавом.

Скоро снова приехал купец со своим сыном. Привезли они подарки всем, и Бажене тоже. Девятко из своих рук вручил ей шубу из овчины. Старая шубка, которая была у Бажены, давно уже прохудилась, и приходилось поверх нее одевать кафтан.

В сентябре этого года рано выпал снег, и было довольно холодно, и новая шуба была как раз кстати.

Беря шубу из рук Девятко, Бажена мельком взглянула в его лицо, а он ей улыбнулся. Девятко был не так плох внешне, как ей показалось сначала. Светловолос, зеленоглаз, высок и широкоплеч. Словом, богатырь. Сложившись судьба иначе, она могла бы себе позволить выйти замуж за Девятко, но у нее уже был Горислав.

Взяв шубу в руки, она посмотрела на нее и положила рядом на лавку с купцом.

Подарки еще не закончились, потому что из мешка купец достал зимнюю шапку из меха, бусы из жемчуга и серьги из янтаря. Все это он передал в руки сыну, а уже тот вручил подарки Бажене.

Ей было стыдно принимать все эти вещи, потому что она понимала, что не заслуживает их. Бажена не хотела этой свадьбы: она была нужна только ее семье, но не ей.

– Спасибо вам большое, государь светлейший Радомир, за ваши подарки, – поклонившись, сказала Бажена купцу.

– Да будет тебе, – махнул рукой Радомир.

 – Ты все-таки наша невестка. Теперь это входит в нашу обязанность, чтобы ты ни в чем не нуждалась. А если тебе что-то понадобиться, то обязательно обращайся. Ты теперь мне стала дочкой. Осталось у меня всего три сына, а дочерей никогда не было. Мне всегда хотелось, чтобы была хоть одна дочь. Тут и младшие подрастут, и у них появятся милые сердцу, и тогда я буду счастлив.

Бажена опустила глаза. Оставалось принять то, что совсем скоро она станет женой. От этого у нее защемило в груди, а в горле встал ком.

Ей хотелось на свежий воздух, а в доме, как назло, была сильно протоплена печь. Ком в горле мешал говорить, но все же она спросила:

– Батюшка, меня Лада просила ей помочь шесть напрясть сегодня. Можно получить твоего разрешения сходить к ней.

– Дочь моя, нельзя покидать гостей, раз они вот с дороги.

Тут отца прервал Радомир:

– Ну, будет тебе, Богдан. Пусть девица идет, а с ней Девятко. Узнают друг друга лучше, голубки.