Тени исчезают в полдень

Скоро меж стволов завиднелось несколько построек, похожих на бараки.

– Пришли, что ли? – спросила Серафима.

– Вроде бы… Погодите, я сейчас. Там, не знаючи, легко провалиться в выработки.

В это время от ближнего барака послышались голоса, ругань, какой-то стон.

– Что это?! – воскликнула Серафима.

– Поглядим сейчас, – проговорил Сажин. – Теперь уж вы, Серафима Аркадьевна, следом за мной ступайте.

Когда подошли к бараку, Серафима невольно остановилась: перед ней на земле лежал окровавленный человек.

– Что здесь происходит? – поморщившись, спросила Серафима.

Из-под навеса, устроенного возле барака от дождя и солнца, вышел Гаврила Казаков, стряхнул крошки с бороды (он пил под навесом чай из самовара), чуть поклонился:

– Да вот в забое человека привалило. Не поостерегся. Сам виноват.

Со всех сторон закричали:

– Ты, управляющий, не выгораживайся…

– Больного человека в шахту погнал…

– И лес на крепи – одно гнилье…

– Кровопийцы проклятые!.

– Тихо! – во всю глотку гаркнул Казаков. – Знаем мы таких больных. Сами на работу не выходят, да еще других смущают разговорчиками. А вы, Серафима Аркадьевна, шли бы домой. Не женское тут дело… смотреть-то.

– Доктора ведь надо, – сказала Серафима. Желание осматривать рудники сразу пропало. – И перенесите его хоть в помещение куда-нибудь.

– Перенесем, – ответил Казаков. – И за доктором послано.

– Спасибо и за это, наша новая хозяюшка, – проговорил из толпы глухой голос. Серафима глянула – узнала вчерашнего усатого мужика, Григория Кувалду.

– Теперь-то видишь речку, по которой поселок наш прозывается? – пошевелился окровавленный человек, пытаясь сесть.

Серафима обернулась. На нее смотрел рыжеволосый, что сидел вчера за столом в шапке и рваной тужурке, – Степан Грачев.

Настроение у Серафимы окончательно испортилось.

– Перенесите в помещение, говорю! Слышите? Дождь же собирается, – еще раз сказала она и быстро пошла обратно в село.

…На другой же день, рано утром, наскоро простившись с отцом, Серафима уехала в Екатеринбург.

– Черта с два Гаврила послал за доктором! Знаю я его, – дорогой проговорил Матвей. – А этого мужика он, видно, специально в обрушивающийся забой послал. Не с одним десятком неугодных людишек так он… расправился.