Самые обычные люди?

А мальчик, выращивающий грибок, он исчез полностью?

– Да нет, не исчез. Всегда были и есть во мне и сентиментальность, и романтичность, но как будто… Как будто это все существует во мне под чутким надзором хулигана. Мне кажется, я всю жизнь пытаюсь вырастить этот чёртов белый гриб, а вырастает постоянно свинушка…

Володя замолчал. Его лицо помрачнело, лоб нахмурился.

– Есть мнение, что обида – это подавленный гнев, – подключился к разговору Авдеев. – Вы часто обижаетесь? Жалеете самого себя? – он выдержал короткую паузу и продолжил, – Владимир Викторович, давайте вы об этом просто подумаете.

Не надо отвечать мне сейчас на эти вопросы. Попробуйте ответить на них себе, и потом мы, может быть, к ним вернёмся.

– Да… Хорошо, я подумаю.

– Отлично. Давайте попробуем продолжить. Немного сменим тему. Наверняка кроме разрушения школьного имущества и драк в вашей жизни присутствовали и какие-то другие интересы. Какое-то другое общение, кроме выяснения, кто круче.

Например, вы с девочками в школе общались?

– Конечно, в школе были всякие амурные вещи. Куда же без них, да? – вернулся Володя к разговору, сглотнув ком в горле. – Например в 142-й школе была такая Андреева Лера. Не знаю, почему она казалась всем красавицей – это была такая дылда с косой. Просто у неё было некое опережение. У неё уже была задница, ляжки, и, видимо, из-за этого все расценивали её как предмет вожделения в пятом классе. Но она, несмотря на опережение развития, мне кажется, была не готова к любви, потому что была круглой отличницей и при этом достаточно странной.

Всегда ходила, почему-то опустив голову. Не знаю, как у неё что дальше сложилось, но я тоже, в том числе, за ней бегал… Ну а в чём ухаживание выражалось? Портфелем по голове ударить, подножку поставить, ещё чего-нибудь. Вот такая странная любовь…

Владимир постепенно возвращался в более расслабленное состояние. Снова сопровождал свою историю задумчивыми улыбками, погружаясь в воспоминания детства.

– А потом появилась Оксана. Ох, Оксана! Она тут же заметила, что я с Андреевой Леры переключился на неё. Она, в общем-то, была страшная провокаторша. Но тут уже ей портфелем по голове я не бил. Мы с ней часами разговаривали по телефону, домой я её провожал, ещё что-то было. Конечно, дело не доходило ни до какого секса, ни до чего, но вот некая такая пародия на любовь… Не помню, как у нас с ней всё закончилось.