Джентльмены и игроки

– …В результате кабинеты с двадцать четвертого по тридцать шестой будут перенумерованы в сто четырнадцатый – сто двадцать шестой, кабинет пятьдесят девять станет номером семьдесят пять, и бывший кабинет классики станет рабочей комнатой немецкой кафедры.

– Что?!

Еще одно преимущество мантии на собраниях: содержимое кружки даже при резком толчке почти не оставляет следов на костюме.

– Господин директор, мне кажется, вы неверно прочли последний пункт. Кабинет кафедры классики используется по назначению.

Он ни в коем случае не бывший. Так же, как и я, – добавил я sotto voce[5 - Вполголоса (ит.).], кинув взгляд на немцев.

Новый Главный холодно посмотрел на меня.

– Мистер Честли, эти административные вопросы уже обсуждались на собрании в прошлом триместре, тогда вам и следовало вносить свои предложения.

Я видел, как внимательно смотрят на меня немцы. Джерри, неумелый лжец, любезно сделал вид, что смутился.

– Вы прекрасно знаете, что я не был на том собрании. Я принимал экзамены, – обратился я к доктору Дивайну.

Зелен-Виноград самодовольно улыбнулся:

– Я лично отправил вам протокол собрания по электронной почте.

– Вы же отлично знаете, черт возьми, что я не пользуюсь электронной почтой!

Взор Главного стал ледяным. Сам он любит высокие технологии (по крайней мере, так говорит), гордится тем, что идет в ногу со временем. Тут, полагаю, виноват Боб Страннинг, второй заместитель директора, который утверждает, что в современной системе образования нет места людям, не владеющим компьютером, да еще мистер Борродс, который помог ему создать столь сложную и изящную сеть внутренней связи, что устная речь стала излишней.

Из любого кабинета можно связаться с любым другим, и не надо больше утруждать себя: вставать, открывать дверь, идти по коридору и даже говорить с кем-либо (извращение какое-то, все эти мерзкие встречи и разговоры).

Компьютерные отказники вроде меня – вымирающая порода, а с точки зрения администрации – слепоглухонемые.

– Господа! – отрезал Главный.

 – Сейчас не время спорить об этом. Мистер Честли, предлагаю вам высказать свои возражения в письменном виде и отправить по электронной почте мистеру Слоуну. Можно теперь продолжать?

Я сел.

– Ave Caesar, morituri te salutant.[6 - Радуйся, Цезарь, идущие на смерть приветствуют тебя (лат.).]

– Что, простите?

– Не знаю. Может, вы просто услышали, как тихо осыпается последний аванпост цивилизации.

Не слишком радужное начало триместра.