Ты будешь там?

Элиот взял стаканчик и благодарно улыбнулся.

– Я пришла попрощаться с вами, доктор.

– Попрощаться?

– Сегодня кончается моя стажировка в Соединенных Штатах.

– Ах, да, – вспомнил он, – вы возвращаетесь в Бомбей.

– Спасибо за теплый прием и за доброжелательность. Я многому у вас научилась.

– Спасибо за помощь, Шари. Из вас выйдет хороший врач.

– А вы – великий врач!

Элиот покачал головой, смущенный комплиментом. Девушка шагнула и приблизилась к нему почти вплотную.

– Я подумала… может быть, поужинаем сегодня вместе?

На какой-то миг ее красивое смуглое лицо стало пунцовым.

Она была застенчива, и ей нелегко дались эти слова.

– Мне очень жаль, но это невозможно, – ответил Элиот, удивленный таким поворотом разговора.

– Я понимаю, – смутилась она и, выдержав паузу, добавила: – Моя стажировка официально заканчивается в шесть часов вечера. Вы уже не будете моим начальником, а я – вашей подчиненной. Если вас смущает это…

Элиот посмотрел на Шари внимательнее. Сколько ей лет? Года двадцать три – двадцать четыре? Никак не больше двадцати пяти.

Он никогда не делал ей намеков и теперь чувствовал себя неловко.

– Дело не в этом.

– Странно, – призналась она, – а мне всегда казалось, что я вам небезразлична…

Что он должен был ответить? Что одна его часть умерла, а скоро умрет и вторая? Что утверждение «любви все возрасты покорны» – полная ерунда?

– Не знаю, что вам сказать.

– Тогда не говорите ничего, – пробормотала она и отвернулась, но, спохватившись, обиженно добавила: – Ах да, я забыла, наш оператор получил сообщение от вашего друга Мэтта: он ждет вас полчаса и уже начинает терять терпение…

* * *

Элиот выбежал из больницы и бросился ловить такси.

Они с Мэттом планировали сегодня вместе пообедать, и сейчас он страшно опаздывал.

Существует не только любовь с первого взгляда, но и дружба. Мэтт и Элиот познакомились сорок лет назад при особых обстоятельствах. Казалось, между ними нет ничего общего: Мэтт – француз, экстраверт, любитель красивых женщин и бонвиван; Элиот – американец, скорее сдержанный и тяготеющий к одиночеству.

В долине Напа[6 - Долина Напа – винодельческий район в Калифорнии.] они купили виноградник и назвали его «Калифорнийский Перигор». Вина, которые они производили – приятное каберне-совиньон и шардоне с привкусом ананаса и дыни, – приобрели хорошую репутацию благодаря стараниям Мэтта, который настойчиво продвигал их продукт не только в Америке, но и в Европе и Азии.