Страна Соболинка

Под ребрами влюбленного марала закипела кровь: «Эх, жизнь моя, жестянка! Сколько можно одному в холодную постель ложиться? Для чего живу – неизвестно. А женщина хорошая, верная, вот она, рядом! Если в руки не дается первому встречному, точно из тайги будет ждать. Все, хватит! В моем доме будет новая хозяйка!» Через два часа Толик забыл свое обещание больше никогда не жениться. Попался таймень на блесну за один заброс!

Поведение Лены было достаточно понятным. Она не желала натолкнуться на ошибки прошлого и была не прочь продолжать знакомство с настоящим мужчиной.

Конечно, Толик сделает все, чтобы его любимая женщина (в этом он уже не сомневался) была к нему благосклонна. Дело стоит того, чтобы не позже вечера он добился ее любви. Утро только начинается, весь день впереди, тем более они едут в один город.

Придерживая даму под локоток, Толик проводил спутницу в вагон, к своим местам.

В купе царил переполох. Переживая поражение на любовном поприще, Шура допил остатки водки, прошелся по коридору, разбудил мужика, грозно предупредил его, чтобы тот не храпел.

Не разобравшись в происходящем, мужик запросто заехал кулаком Шуре в глаз. Завязалась драка. Проснувшиеся пассажиры быстро угомонили дерущихся, растащили по своим местам. Было смешно наблюдать за тем, как с ложкой на глазу Александр теперь объяснял соседке, тетушке Наталье, как он в былые годы служил в элитном подразделении морской пехоты.

Толик поспешил к проводнице, сунул ей в кулак оставшиеся пятьсот рублей, чтобы та не вызывала милицию.

Обстановка нормализовалась.

За окном брезжит сиреневый рассвет. Никто не заметил, как пролетело время. Проводница прошлась по вагону, предупредила пассажиров, что через две остановки будет город.

На сборы ушло пять минут. Анатолий помог накинуть Лене на плечи пальто, оделся сам, с достоинством водрузил на голову соболью шапку, достал из-под полки свою сумку. Небрежно закидывая остатки продуктов в сумку, Шура собрал свою поклажу. Он все еще доказывал тетушке Наталье, что там, на перроне, точно набьет физиономию храпящему мужику.

Соседка, страдающая от радикулита, как могла, успокаивала Шуру добрыми словами, коварно рассчитывая на то, что тот поможет ей донести сумку с поросенком до автобуса.

Наконец-то покачивающийся вагон замедлил движение. За морозным стеклом замелькали станционные огни, окна большого вокзала, разноцветная реклама, суетливая толпа на перроне. Пассажиры потянулись к выходу.