Слёзы чёрной речки

Они за день площадку разровняют!

Андрей не стал больше переубеждать «бывалого воздухоплавателя», так как знал, что в часы воодушевления Леху переубедить практически невозможно. Он взялся за нож и принялся резать черемшу.

Леха, оставшись наедине с собственными мыслями, с головой утонул в светлом будущем, опять представил себя за штурвалом аэроплана и несуразно зашевелил губами:

– Чих-чих-чих! Тах-тах-тах! Ты-ты-ты-ту-ту-тууу-ууу-трррррр…

«Опять полет!» – подумал Андрей и посмотрел на девчат: слышат или нет? На первый взгляд показалось, что никто не слышал «тарахтения мотора».

Стараясь оградить друга от девичьих издевок, он поспешил остановить Алексея:

– Леха! Иди от девчат черемшу подтаскивай. Им легче будет, да и делу помощь. Быстрее лошадей завьючим!

– Вот еще! Баба не лошадь. От работы не помрет. Надо – сами принесут!

Сказал тихо, вполголоса, для Андрея. Но девчата услышали. Тут же со всех концов поляны началась словесная атака:

– Летчик-налетчик! Ты с коня падаешь, а еще в самолет просишься!

– Таких сопливых, как ты, в летчики не берут!

– Штаны сшей запасные, а потом в летчики просись!

Бедный Леха, не зная, что ответить, сердито засопел, обиделся на весь белый свет и перед тем, как замолчать до конца дня, грозно выдохнул:

– Все девки – дуры!

Андрей больше не приставал к Лехе.

Пусть лежит, помог бы завьючить лошадей да сопроводить груз в поселок. Поднимать тяжести – единственное, что он делал с некоторым удовольствием.

Недостаток умственного развития Леха с большим преимуществом восполнял силой, которой у него было более чем достаточно.

В поселке все старатели-золотари наслышаны о его шутках. Он мог без особых усилий закинуть кузнечную наковальню на крышу кузницы, на спор завалить на лопатки годовалого быка или тащить по ухабистой дороге конскую телегу с десятью «пассажирами» на ней. Случай, связанный с бабкой Егорихой, конечно же помнят все.

От сварливой бабуси, за хромоту в простонародье окрещенной Дыб-нога, парню не было прохода. Завидев его, она верещала зайцем:

– Посмотрите на него – это идет настоящий лодырь! Трутень, увалень, лоботряс…

Леха терпел, понимая, что бабуся еще в прошлом веке «упала в колодец».

– Стар что млад. В поле ветер – в мозгах дым! – говорил он, избегая контактных отношений с Дыб-ногой, приветливо улыбался и проходил мимо.

Старуха долго плевалась вслед и кричала еще невесть что.

Так продолжалось долго, пока Егориха наконец не попалась Лехе под плохое настроение.