Когда цветут эдельвейсы (сборник)

– Жалко, – с грустью промолвила она, трогая костистые рожки, – такая красота пропадает!

– Сегодня эта красота не пропала даром – все пойдет на дело: и нам на еду, и на прикорм. Вот если бы мы ее не нашли, тогда да…

Помогая ему в работе, придерживая ноги за копыта, переворачивая тушу с одного бока на другой, девушка не противилась грязной обработке туши, все воспринимая как должное и естественное. Рассуждая при этом, она делала выводы:

– Это хорошо, что мы случайно увидели и добрали оленуху… А интересно, сколько вот таких раненых сокжоев ушло от подобных охотничков? Конечно, им просто – убежит олень, ну и ладно, другого найдут… да и процесс охоты слишком прост – успевай нажимать на курок, и патронов не жалеют так, как ты… Каким словом назвать все то, чем они занимаются?! Слова-то подходящего не найдешь…

Искоса поглядывая на Ольгу, Васька лишь усмехался, поражаясь логическому ходу ее мыслей, и как бы невзначай бросил:

– Такое слово есть… Убийство!

Она немного помолчала и в раздумье подтвердила:

– Да, действительно: это не охота – это расстрел…

Когда их котомки были заполнены, Васька аккуратно сложил оставшееся мясо в оленью шкуру, положил под ствол разлапистого кедра, придавил камнями, сучьями и всевозможными корягами, в изобилии валявшимися повсюду:

– Сегодня же вернусь за остатками.

До вечера воронье не растащит. А вот если оставить на ночь, то может найти росомаха, да и мыши не побрезгуют свеженинкой.

Взвесив на руке Ольгин груз, который был не более пятнадцати килограммов, спросил:

– Унесешь потихоньку?

– Я скоро носильщиком стану, – улыбнувшись, ответила она.

 – Свое-то унесу. А вот как ты понесешь?

– Как-нибудь… – присаживаясь под свой «горб», ответил он. – Такая у охотника судьба – всегда что-нибудь нести…

– И зарабатывать букетик болезней: радикулит, остеохондроз, грыжу… А если проще – наживать себе горб!

Он удивился и даже присвистнул от ее осведомленности:

– Откуда ты все это знаешь?

– Сорока на хвосте принесла! И что, ты скажешь, что я не права?

– Почему же – права, да еще как! А что сделаешь, если вырастет горб? – И вновь отшутился: – Горбатого могила исправит!

Из дневника Ольги:

«Нет, здесь явно не курорт!

За несколько дней жизни в тайге я кое-что начинаю понимать; все красоты окружающего нас мира – ничто без ежедневного (от зари до зари) труда.

Чтобы здесь жить и выжить, надо что-то делать, начиная от самого малого – приготовления пиши, заботы о дровах, воде и т. д.