Невидимки

Если человек не смотрит на тебя в упор, можно пялиться на него, сколько душе угодно. Рассмотреть в мельчайших подробностях и заметить все изъяны. При других обстоятельствах ты не позволил бы себе ничего подобного. Это твоя месть. Правда, сквозь пелену вуали и покровов все приобретает расплывчатые формы.

– Мисс Макайзек, – говорит Бренди, все еще указывая на меня рукой. – Мисс Макайзек нема. Она не может разговаривать.

Верхние зубы риелторши перепачканы губной помадой, синяки у нее под глазами неаккуратно загримированы тональным кремом и пудрой.

Она в парике, пригодном для машинной стирки. Зубы у нее идеальные, наверняка ненатуральные. Зубы прет-а-порте.

Риелторша улыбается Бренди Александр.

– А это…

Крупной рукой в кольцах и перстнях Бренди касается своего убийственного бюста.

– Это…

Бренди дотрагивается до жемчужин на шее.

– Это…

Она обводит плавным жестом копну своих темно-рыжих волос, обвязанных шарфом.

– И вот это…

Бренди указывает пальцем на собственные полные и влажные губы.

– Это, – говорит Бренди, – и есть принцесса Бренди Александр.

Риелторша опускается на одно колено и склоняет голову. Получается нечто среднее между неуклюжим реверансом и тем, что делают, подходя к алтарю.

– Какая честь! – восклицает она. – Уверена, что этот дом как раз для вас. Наверняка вам понравится жить в нем.

Бесчувственная сучка – эта красавица умеет быть такой, – Бренди еле заметно кивает, без слов отворачивается от риелторши и направляется к выходу в холл, через который мы попали в гостиную.

– Ее высочество и мисс Макайзек, – говорит Альфа, – желают самостоятельно осмотреть дом. А мы с вами могли бы заняться обсуждением деталей. – Изящные руки взмывают вверх – он собирается пояснить, что имеет в виду. – Поговорим о методах перечисления денег… Лиры необходимо перевести в канадские доллары…

– Летуны, – произносит риелторша.

У Бренди, у меня и у Альфы – у нас троих перехватывает дыхание. Не исключено, что эта женщина с самого начала нашей встречи знает, с кем имеет дело.

Может, кто-нибудь уже раскусил, какую аферу мы проворачиваем, ведь на нашей совести несчетное количество набегов на дома, подобные этому.

– Переведете лиры в птичек, в гагарок, – говорит риелторша. И вновь опускается на колено. – Мы называем наши доллары «гагарками», – поясняет она, выпрямляется и засовывает руку в синюю сумочку. – Сейчас я покажу вам. На наших долларовых купюрах изображена птица. Полярная гагара.