Роддом, или Неотложное состояние. Кадры 48–61

Конечно, можно написать шпионский роман или сценарий сериала. Но ларчик чаще всего открывается просто. Что было с отцом вашей жены – мы никогда не узнаем. Но судя по тому, что во время беременности случилось с его дочерью – он был шизофреником и передал Лизе соответствующий ген. Беременность явилась пусковым механизмом, развернувшим этот ген. В любом случае ей необходима помощь психиатра. В каком объёме? Давайте для начала выведем её из комы.

– Я люблю Лизу. Я никогда не сдам её в дурдом.

– Алексей, никто не говорит о психиатрической лечебнице.

Пока… Но вспомните. Отец Лизы обожал свою жену. И он же её застрелил. Понимаете?

Святогорский внимательно посмотрел на Алексея.

– Вы хотите сказать, что Лиза представляет опасность? Для меня? Для сына?

– Я не знаю.

– Но как я мог не заметить, что она… проводит время с отцом. Бред какой-то!

– Это он, Алексей. Бред. Только в клиническом смысле слова. Лиза – та Лиза, которую вы знаете, не была со своим отцом. С ним была другая Лиза.

И та, другая Лиза, ничего не говорила вашей Лизе. Шизофрения. Расщепление души. Разность личностей. Одна Лиза не пускает другую Лизу на свою территорию. Ваша Лиза не знала, что она проводит время с отцом. Когда появлялись вы – главной становилась ваша Лиза. Вашу Лизу совершенно не в чем винить. Другую Лизу, запертую внутри вашей Лизы – тоже не в чем винить. Другую Лизу надо… – Святогорский искал слово. – Нивелировать.

Пока Святогорский беседовал с мужем пациентки, Родин и Поцелуева сидели в её кабинете как оплёванные.

– А я-то, дура. Сама за тем папой по всему отделению бегала. Тыдыбыра гоняла. Только что был, только вышел, сейчас вернётся…

– Шизофреники очень хитрые.

– Шизофрения очень хитрая. А бедные шизофреники – жертвы этой хитрости.

– Мы идиоты. Хорошо, что у нас остался Святогорский. Который был достаточно смел…

– А ведь прав – Мальцева сразу поверила бы ему.

– Не гожусь я на должность начмеда!

– А я – заведующей.

– Ты – годишься, годишься! – Горячо запротестовал Родин.

 – Это я!

– Всё, хватит! – Оборвала мужа Оксана Анатольевна. – Что за сеанс самоуничижения. Которое паче гордости, ага! Учиться, учиться и учиться. Раз мы такие дебилы! Погрязли исключительно в ремесленных манипуляциях-операциях и совершенно разучились думать.

Оксана схватила трубку внутреннего телефона и яростно потыкала в кнопки.

– Тыдыбыр! На следующую неделю готовишь клинический разбор Лизиного случая.