Своя правда

После смерти отца девушка долго тосковала, но постепенно жизнь приобрела привычные очертания. Мама, наконец, стала улыбаться, у нее проснулся интерес к вязанию. Сестры в привычных и давно знакомых обыденных мелочах опять находили удовольствие и, научившись жить с болью утраты, вздохнули свободно.

Им тогда показалось, все страшное позади. Но судьба сама пишет сценарий и устраивает наше будущее. Новая беда обрушилась на сестер, откуда не ждали. От этого случившееся казалось им теперь не просто трагедией, а настоящим предательством и вероломным обманом.

Верочка, в поисках ключей от дачи открыв, верхний ящик старого письменного стола, и обнаружив непонятные документы, разделила их вполне счастливую жизнь на две половинки: до и после.

Девушка не находила себе места. Не спала толком, не смотрела маме в глаза, не болтала с подругами по телефону. Только думала: «Кто те люди, что отдали нас в чужую семью? Почему? Зачем отказались от детей? И как могли родители не рассказать нам, уже довольно взрослым и самостоятельным, об этой тайне?»

Глава 5

Галина Николаевна любила утренние часы.

Ей нравилось, окунувшись в тишину еще спящего дома, небрежно накинуть атласный халат на плечи, прошлепать в мягких тапочках на кухню, заварить себе чашечку настоящего бразильского кофе, постоять и открытого окна и, вдохнув аромат свежего утра, с удовольствием выпить крепкий ароматный напиток. Совершив этот привычный каждодневный ритуал, она неторопливо приступала к будничным делам. Принимала душ, слушала последние новости и, наконец, закончив обязательный утренний макияж, бралась за работу.

Галина Николаевна жила одна. Одной она оставалась всегда: и в годы юности, и во время молодости, и теперь, в период нежданно подступившей зрелости. Предпочитала одиночество веселой компании.

Коллеги, подруги и соседки с завистью поглядывали на ее ладную, вовсе не худенькую фигуру, седые волосы, подстриженные очень коротко, «под мальчика», которые она принципиально не красила, руки, унизанные крупными кольцами и массивными браслетами.

Даже в свои шестьдесят женщина не отказывалась от брюк, стильных блузонов, кокетливых шляпок, элегантных платьев. И всегда, несмотря ни на что, делала легкий макияж, утверждая, что женщина должна всегда оставаться женщиной.

Властная, умная, принципиальная, Галина никогда не шла на компромисс. И в жизни, и в работе соблюдала одно нерушимое правило – лучше меньше, да лучше.