Сны и грезы инспектора Раффинга

В палате кровать, еще один стул, стол с небольшой лампой. Вечерняя тьма вокруг нее только сгущается. Из глубины сцены появляется инспектор РАФФИНГ. Ему 37 лет, выглядит он уставшим и изможденным. Какое-то время смотрит на нее, потом начинает говорить).

РАФФИНГ. Позволите с вами поговорить? (Никакой реакции со стороны КЭТЛИН). Я – инспектор Раффинг. Вас не затруднит назвать мне ваше имя? (Никакой реакции). Врачи говорят, что со слухом у вас все в порядке. Вы говорите на английском? (Никакой реакции). Ничего, если я сяду? (Никакой реакции, он ставит стул в нескольких футах от нее, садится).

Трудный выдался день. Хотя вам, вероятно, без разницы. (Смотрит в окно, в которое смотрит она). Милое местечко, правда? Дубы. Вороны. Уже темнеет. Дни становятся короче. Кто-нибудь может тревожиться о вас? Кому-нибудь нужно сообщить, что вы здесь? (Никакой реакции). Если вы предпочитаете писать, я принес блокнот и карандаш. Я знаю, они где-то есть. Ага, вот они. (Достает блокнот и карандаш, протягивает ей. Никакой реакции). Ладно, положу их на стол. Вдруг у вас возникнет желание что-то записать. Я нахожу полезным записывать свои мысли, когда у меня возникают мысли, а случается это нечасто, что для меня, вероятно, и хорошо. Вы можете записывать, что угодно. Или что-то нарисовать. Вы умеете рисовать? Моя дочь рисует. И очень неплохо, между прочим. Вероятно, унаследовала этот талант у моей жены, потому что я не могу нарисовать и мухи. (Ее взгляд чуть смещается к нему, тут же возвращается к окну). Что ж, вы это услышали и поняли, правильно? Сказать такое для полицейского инспектора – глупость, вы согласны? Видите ли, это часть моего коварного плана разговорить вас. Поэтому, если необходимо, я готов выглядеть глупцом. Это мало кто знает, но нас учат, как выглядеть совсем глупыми в чрезвычайных ситуациях. Просто я поднаторел в этом больше, чем многие. Дело-то простое, мы хотим знать, что с вами произошло. Не каждый день мы находим девушку, которая бродит по лесу в чем мать родила. Вы помните, что случилось? Вы помните, как вас нашли? Я говорил с охотниками, которые на вас наткнулись. Должен сказать, вы произвели неизгладимое впечатление на старика и его внуков. Думаю, теперь они будут совершенно иначе воспринимать охоту на кроликов. Прошу извинить, если мой тон кажется вам несерьезным. Не очень мне легко вести разговор в одиночку. Обычно я говорю не так и много, разве что с самим собой, и, похоже, именно это сейчас и происходит, хотя вы здесь.