Страстотерпицы

Два раза он нарочито сбивал ее с текста, и Анна терялась. Выручала Заслуженная с котом, вставляла свои реплики.

Спектакль распадался, Олег редко говорил точный текст. Сейчас же он, не задумываясь, быстро, словно голами, в расчете на слабую реакцию, забивал ее своим, выдуманным тут же…

Анна слышала, как Валерка, поддерживающий картонный домик, озлобленно произнес:

– Ну и дурак же ты, волк.

– Я буду жаловаться! – на ухо Олегу угрожающе прошептала Антонина.

– Не отвлекайтесь за работой, – громко ответил ей Олег.

Заслуженная весь спектакль держала руку с котом вверху, готовая в любую минуту ринуться на спасение спектакля. После спектакля она подошла к Олегу и размахнулась, едва остановив кулак у самого его лба.

– Как дала бы! – в сердцах процедила она. – Ух-ух. Подлец…

Олег отвернулся.

– Ну он же помреж! – нервно выкрикнула Антонина, – ему все позволено. – Больше никто не посмел сказать что-либо Олегу. Анна слышала, как Гомолко бубнил в углу Егоровой: – Вот молодежь! А мы за час до спектакля тряслись у ширмы.

Я тридцать лет в театре работаю, и чтоб я себе такое позволил… Да никогда…

Заслуженная всегда сама упаковывала, заворачивала в тряпицу свою куклу. Руки ее дрожали сейчас.

– Анна, – шепотом позвала Тюлькина. – Глянь сюда.

Анна посмотрела в дырочку в ширме. В последнем ряду сидел Виктор в свежей желтой рубашке.

Олег тоже смотрел на него. Задернув ткань задника, он стремительно пошел к ней. Она побледнела, ей показалось, что он сейчас ударит ее.

«За что?» – с ужасом думала она, глядя на его ожесточившееся лицо. Спокойно и медленно Олег попросил у нее денег.

– Откуда ты его знаешь? – так же шепотом спросила Тюлькина.

– Я его не знаю.

– Пой, пташка… Не стыдись. А голенькие из лесу выходили.

– Ты бы лучше лапу зайца подшила. Тебе, кажется, платят за ремонт!

– Тихоня! Все вы тихие такие. Смотри-ка, в лагерь приперся. Познакомь?

– Ладно, познакомлю, – равнодушно пообещала она и отошла.

Пока складывали ширму, собирали кукол и декорацию, Виктор стоял вдалеке, у двери, молча наблюдал за всеми. Анна часто ловила его взгляд, но не отвечала.

– Я на газике, – добродушно сказал Виктор, подходя к ней. – Свободен. Сопровождать тебя буду…

– Да, – обрадовалась Тюлькина, вертевшаяся подле. – Я не люблю автобусов. А сегодня прямо тошнит. Может, вы и меня сопроводите…

– Ну, садитесь, – улыбнулся Виктор, – места всем хватит.