Как общаться с вдовцом

Она улыбнулась мне сквозь последние слезы, она была расстроена, встревожена и казалась не такой уж неуязвимой – а это все, что нужно с красавицей: легкая трещинка в ее броне, которая дает мужество подкатить с ухаживаниями. В противном случае слоняешься вокруг, словно пожиратель падали, и смотришь, как к ней приближаются другие хищники.

– Спасибо, – проговорила она признательно и сделала глубокий глоток. – Кто вы?

– Я Дуг, – ответил я. – Это мой кабинет.

– Хейли.

Мы через стол пожали друг другу руки.

Ее ладонь была маленькой и мягкой, на обкусанных ногтях не было лака.

– Простите меня за вторжение. Мне сегодня утром что-то не везет.

Я махнул рукой.

– Жаль, я не знал, что вы придете. Я бы купил пончиков. И носовых платков.

Она ухмыльнулась.

– Вообще-то это на меня не похоже.

– Вы не виноваты. Я всегда так действую на женщин.

Ухмылка превратилась в полноценную улыбку. У нее была потрясающая улыбка – теплая, невероятно трогательная, увидев ее, я ощутил приятное покалывание в паху.

Женщины вроде Хейли никогда мне так не улыбались. Они обычно одаривали меня вежливой мимолетной улыбкой, похожей на аварийный сигнал, который как бы говорил: “Едем дальше, здесь не на что смотреть”. Но Хейли сказала:

– Я не хочу возвращаться к себе в кабинет.

– Так оставайтесь здесь, – предложил я.

– Но я не хочу мешать вам работать.

– Знай вы меня получше, вы бы поняли, насколько это смешно.

Она задумчиво посмотрела на меня. У нее были длинные светлые волосы медового оттенка, кожа, словно светящаяся изнутри, и темно-карие миндалевидные глаза. Разговаривая, Хейли широко раскрывала глаза и красиво прищуривалась, когда улыбалась.

– У меня сегодня день рождения, – сообщила она.

– Поздравляю.

– Спасибо.

– Дни рождения – это нелегко.

– И не говорите.

– Сколько вам лет?

– Тридцать шесть. Я в разводе. И еще я мать двенадцатилетнего трудного подростка.

– Вам столько лет, на сколько вы себя чувствуете.

– Тогда мне полтинник.

– Для полтинника вы выглядите потрясающе.

Она улыбнулась.

– Все оказалось не так, как я думала, понимаете?

– В тридцать шесть лет?

– В жизни.

– А, в жизни, – произнес я так, как это мог произнести кто-то мудрее меня. – Не будем об этом.

Она ухмыльнулась.

– Сколько вам лет?

– Двадцать пять. Но чувствую я себя на двенадцать.