Наследник. Часть Первая

Было одно место, которое подростки называли тайным, в прошлом оно предназначалось для хранения школьного инвентаря, а сейчас использовалось для встреч учеников между уроками, чтобы покурить травку, потискаться или выпить. О нем знали все, включая и директора, и частенько на дверь вешали замок, но надолго, тайное место, не оставалось запертым. Как и сегодня.

Уговорив Кору пойти со мной, я предложил ей пойти именно туда, чтобы нас не подслушивали и случайно не застали. Может, я придал картинке слишком много красок, раз учительница густо покраснела?

Толкнув дверь, я вошел в небольшое помещение, освещенное только дневным светом, просочившимся с улицы.

– А мы не можем поговорить позже, после работы? – Кора осторожно ступила вперед. Я спешно, пока нас никто не заметил, запер дверь и включил единственный источник света – засаленную лампочку, свисающую с дощатого потолка. Коморка, размером не больше гардеробной комнатки, четыре на четыре, была заставлена коробками и рулонами ватмана. В уголке теснился небольшой, старый стол, покрытый тонким слоем пыли.

Рядом, ворох каких-то старых тряпок и мешковины. – Как же тут жутко. И пахнет отвратительно.

Да, уж точно не розами благоухает.

– Мне жаль, что произошло вчера.

Кора скрестила руки на груди.

– Мне тоже жаль, что я повела себя глупо. Я рассчитывала на то, что невозможно.

– Нет-нет, Кора, – я шагнул к ней, обхватив ее за плечи. – Ты ни в чем не виновата. Я, – да, я снова собирался сказать, что дело во мне, и мне нужен еще один шанс, чтобы все исправить.

Черт, смогу ли я пойти против своих ощущений и пойти дальше? С другой стороны, она действительно привлекательна и может возбудить любого мужчину, но она здесь, со мной и я мужчина, который давно не получал удовольствия. – Просто испугался.

– Испугался? – она распахнула глаза, придвинувшись ко мне еще ближе, так, что наши грудные клетки соприкасались. – Но, чего ты испугался?

– Ты была такой… возбуждающей, а у меня давно не было женщины. Я испугался, что не оправдаю твоих надежд.

 – Да. Это именно то, что она должна знать, а не то, у меня в реальных мыслях. Хотеть свою ученицу. Желать ее всеми фибрами души. Изводить себя мучительными фантазиями, доводя свой воспаленный мозг и кое-что еще, до исступления, пока не станет больно. Кора должна принять мои слова за чистую монету.

– Боже, Рэм, – она смущенно улыбнулась. – Я думала, дело во мне. Или в ком-то другом. – Кора потянулась к моему лицу, мягко поглаживая мою щеку. – Я не знала.