Интердевочка

Я хватаю ее руку, сую под струю холодной воды и приговариваю:

– Потому что я каждое утро в институт в трамвае ездила и объявления в вагоне читала: «Третий автобусный парк… Курсы водителей… Обучение – четыре месяца. По окончании – зарплата от трехсот рублей и выше». А мне нужно было пять лет учиться, чтобы потом сто десять зарабатывать. Да пошел он, этот институт, знаешь куда?! Много тебе твой институт дал!

– Да, много! – вырывается от меня мама. – Я детей воспитываю и учу!

– Это они тебя учат и воспитывают! Положи тарелку на место, я сама все сделаю!.

.

Потом (я уже была одета в джинсы и какую-то майку-расписуху, а мама, с забинтованной рукой, причесана и чуть-чуть успокоена) мы сидели за нашим крохотным столом и завтракали.

– Хочу свой дом, свою машину!.. Хочу зайти в магазин и купить ту шмотку, которая мне нужна, а не переплачивать фарцовщикам втридорога!.. Хочу мир увидеть! Разные страны… Не по телику, не в программе «Время», не в «Клубе кинопутешествий». Своими глазами, своими руками пощупать, а не слушать наших телекомментаторов… Они там по пять лет прокантуются – поленом оттуда не вышибешь, – а потом возвращаются в Союз и начинают поливать все на свете!.

. А сидя здесь, на этой кухне, – хрен я что увижу! Ну не получилась из меня ни Маргарет Тэтчер, ни Софья Ковалевская, ни Валентина Терешкова… Но у меня есть другое, ма! Поверь мне. Я – женщина. Так почему бы мне…

– Но, Танька!.. Доченька! Это же – торговать собой…

– Правильно, – уже спокойно сказала я. – Правильно, мам.

А кто сегодня не торгует собой? Кто не стремится подороже продать свою профессию, свой талант? Кто не хочет получать вознаграждения за свои достоинства? Писатель торгуется с издательством, у художника покупают его картину, конструктор получает гонорар за изобретение.

– Но книги, изобретения и живопись приносят народу счастье! Физическое и духовное…

– Во-во! – разозлилась я. – Привыкли мыслить только глобально – в масштабе народа, континента, космоса! Ничуть не меньше. А отдельно взятая личность одного человека никого не волнует!.

.

– Какого человека?

– Того же Эдварда Ларссона – одинокого шведского инженера. Если его женитьба на мне осчастливит его духовно (за физическую сторону дела я ручаюсь), разве этого мало?

– Ну почему для этого нужно уезжать черт знает куда?! Пусть он переедет к нам. Потеснимся, потом поменяем. С доплатой…

– Мама! Представь себе – художник много лет создавал картину и мечтал, что когда-нибудь ее заметят и оценят.