Золотые дети. Неприкасаемая.

 – Может, слезешь с меня, и мы пообщаемся? Я отдохну от тебя, а ты разомнешь затекшие косточки?

Шило медленно отлепила свою морду, так что мои плечи невольно дернулись. Ощущения не очень приятные. Как я уже говорила, будто с тебя снимают кожу, после того, как обгоришь на солнце. После, ее хвост, так же неторопливо, стал расплетаться с запястья, освобождая меня от небольшого веса.

Я вздохнула. Как же хорошо, не чувствовать на коже постороннего.

Голова змеи поравнялась с моим лицом.

– Что? Ты голоден? Может, тебе купить мышек или лягушек? Ты вообще, ешь?

Шило тупо продолжал на меня смотреть.

– Окей. Ты не ешь. – Я не удивлена. Раз он торчит на теле, как рисунок, то вряд ли питается обычной пищей.

Шило медленно двинулся вперед, мягко опуская голову мне на плечо и скользя ко второму. Его прохладное тело, почти невесомо холодило мою кожу. А затем, он грациозно спустился на кровать, сворачиваясь в кольцо.

– Хороший мальчик. – Я поднялась, потирая руку. Честно, будто я год не мыла ее. Даже, захотелось пойти и еще раз принять душ. – Так, из-за тебя, ко мне не могут прикасаться особенные, да?

Шило резко поднял голову, выпрямляя тело. Его морда повернулась в сторону двери.

О, черт…

Я похолодела от страха. Не может, чтобы здесь был Псих. Только не сейчас. Только не тогда, когда мама дома…

– … Кристалл!

Я вздрогнула от голоса мамы.

– Побудь здесь, хорошо?

Шило как-то сбивчиво поводил мордой из стороны в сторону.

– Не заставляй меня одеваться капустой. – Перед тем, как выйти из комнаты, я накинула на нее покрывало. Ах, ты, черт. Если я выйду так, то мама спросит, где тату. Блин, все равно придется что-то надеть. Накинув толстовку, я выскочила из комнаты.

– Что такое? – я почти перепрыгивала ступеньки, в панике оттого, что здесь может быть Псих.

Метнувшись в кухню, я резко затормозила, когда Трэвор повернулся ко мне всем телом.

– Мы можем поговорить?

Я глянула на маму, которая допивала свое кофе. На ней был больничный костюм, а значит, через пару минут, она уйдет на работу.

– Да, конечно.

Она не сказала мне, чтобы я оставила дверь открытой и не посмотрела так, намекая взглядом – юная мисс Свигер, я все слышу и вижу. Ничего из этого.