Золотые дети. Неприкасаемая.

Найти нормального парня… правда, не знаю, как он отреагирует, если увидит двигающуюся змею… ох, неужели, я так и останусь девой, до скончания веков?

Я отмахнулась от мыслей, концентрируясь на музыке, что играла в наушниках.

Ветер гулял по улицам, приятно холодя мою кожу, проскальзывая под свободную рубашку. Не только мне было приятно ощущать свежесть, Шило, так же, блаженно издавал урчание, нежась под кислородными ласками.

За ужином, мы ели, мои любимые ребрышки. Такое объедение! Впервые, за несколько дней, я ела с удовольствием, по-настоящему, чувствуя расслабление и восторг.

Ох, как давно это было, когда мы собирались всей семьей за столом и просто говорили. Папа о дальнейших планах постройки библиотеки, мама о пациентах… Шин, Шин, как всегда был на половину в приставке, за что пару раз мама дала ему подзатыльник, пригрозив, если он еще раз сядет за стол с этой дрянью, то она сделает из нее сочную отбивную.

В целом, вечер прошел спокойно и я, правда, чувствовала себя, как в раю, среди любящих и любя-ненавидящих, меня людей.

Уже в кровати, Шило, самовольно дезертировал с меня; видимо, ему было не очень, когда я спала на боку, придавливая его крупное тельце. Он устроился у меня в ногах, сложившись в кольцо, и задремал, периодически высовывая раздвоенный язычок.

Я решила почитать перед сном книгу, по которой надо было написать сочинение. На пятой странице, в стекло что-то глухо клацнуло.

Вот, черт. Если это опять Трэвор или его друзья по оружию, пришли поднять мне настроение, то я точно что-нибудь сброшу на них.

Даже, ноутбуком не пожалею.

Распахнув окно, я перегнулась через подоконник, заметив в рассеянном свете фонарей, женскую фигуру. Белые волосы и нелепая кофточка, выглядели смазано.

Что за чудо-юдо?

Это же та самая блондинка, что целовала Трэвора!

Как она узнала, где я живу?

– Выходи, поговорим. – Сказала она, задрав голову.

– Во-первых, кто ты такая? Во-вторых, какого черта ты ошиваешься на моем газоне? А в третьих…

– … а в-третьих, спускайся и мы поговорим.

Я открыла рот от возмущения. Обернувшись на дремавшего Шило, я пораскинула мозгами, предполагая массу поводов для разговора ночной гостьи.

Трэвор обмолвился, что я, типо с ним?

Но, это не так. Я не с ним, и вряд ли буду, после того, как он смотрел и что говорил мне.

Ревность блондинки?

Необоснованно. Я не претендую на роль девушки Трэвора. Если он игнорирует ее, это не значит, что вина лежит на мне.