Золотые дети. Борьба

Она обернулась ко мне, насупившись.

Боже… я хотел поцеловать ее, чтобы стереть недовольство с ее лица.

– Ты, правда, хочешь идти с ней по магазинам?

Она несколько секунд смотрела мне в глаза, задумчиво покусывая нижнюю губу.

Пощадите! Ах, ты, черт… ладно, помимо того, что я хочу трогать ее волосы и тело, через одежду, я хочу ее целовать.

– А ты как думаешь?

Коронная фраза Кристалл?

– Думаю, тебе не очень хочется делать этого.

– Ты проницателен. – Я ненадолго отвела от меня взгляд, посмотрев на своих подружек.

Я так же посмотрел на них и улыбнулся. Мэгги и Стейси, в унисон вспыхнули, будто у них высыпала на щеках аллергия. Лина мягко улыбнулась в ответ. Мне нравилась эта девушка. Она была… куда умнее и устойчивее в словах и действиях. Подходящая подруга для моей девушки.

– О чем ты думаешь? – я снова прикоснулся к ней, на этот раз, проведя пальцем вдоль позвоночника. Кристалл передернула плечами, кусая губу. – Не кусай губу.

Кристалл медленно перевела на меня внимание, и в ее глазах вспыхнуло то, отчего я хотел повалить ее на парту и сорвать с нее одежду.

Дьявол!

– Вряд ли тебе понравится то, о чем я думаю.

Я нахмурился. Что??? Что-то насторожило меня в ее резкой смене цвета глаз.

– В смысле?

– В прямом.

О чем она могла думать? Обо мне и Милине? Да, это же глупость! Я никогда не променяю Кристалл на Милину!

Когда он отвернулась, я откинулся на спинку стула, зажевав колпачок ручки. В голове крутилось тысяча мыслей, и одна из них, меня пугала до ужаса… что, если она все же узнала, что между мной и Милиной что-то было? Что если… Кошер просветил ее?

Проклятье!

Да, у меня был секс с Милиной и это был единственный раз, после чего я решил,, будто люблю ее.

Это была моя первая близость с девушкой, а она та, что не была против.

Я почти разгрыз колпачок.

Черт, как бы я хотел стереть воспоминания вековой давности и начать все с чистого листа. С чистого, на котором, я бы написал ее имя – Кристалл.

Я достал сотовый, написав сообщение Монро – «Нам стоит проверить, почему объявилась Милина».

Нажал «отправить» и снова чертыхнулся, потому что, по случайности, отправил Кастэру. Спустя пару секунд, на весь класс, раздались томные, женские стоны… а, затем, хохот. Древняя училка, аж, подскочила на стуле, в панике, оглядывая учеников.

– О, Боже, что это такое? – воскликнула учительница.

Я выругался, желая сломать его гребаный телефон.

Кастэр неспешно достал трубку и заглушил, разгоняющиеся во всю, стоны.