Растревоженный эфир

Позвонить Покорны прямо сейчас или сначала встать? С чего лучше начинать день? Что доставит ему больше радости: немедленное действо или затяжка времени? Когда лучше увольнять сотрудника: до или после завтрака? А может, гораздо проще перезвонить О’Нилу и сказать, что с этого самого момента он уходит в отставку? Да только в этом случае он без боя сдаст еще четверых. Отставка не годится, сказал себе Арчер. Это безответственное решение.

«Покорны, – подумал он, потянувшись к телефону, – тебя придется принести в жертву.

Ты арьергард, выводящий из-под удара основные силы. И мы надеемся вызволить тебя позже, при обмене пленными. Придется тебе держать удар».

– Алло, – послышался в трубке голос Покорны. – Кто говорит? Кто говорит? – Голос был нервный, пронзительный, словно Покорны ничего хорошего не ждал от телефонных звонков.

– Манфред, это Клемент Арчер.

– О, мистер Арчер, я так рад, что вы позвонили, – затараторил Покорны. – Я хотел извиниться. Прошлым вечером я наговорил лишнего. Вы меня понимаете, насчет дирижера.

Я очень разнервничался. Наговорил много того, чего говорить не следовало. Это моя дурная привычка, моя жена постоянно указывает мне…

– Ничего страшного, Манфред. По существу вы были правы.

– О, благодарю вас, мистер Арчер. Я не мог заснуть, я…

– Не волнуйтесь об этом, – прервал его Арчер. – Я звоню по другому поводу. – Он помолчал, подбирая нужные слова. – Понимаете, Манфред, мы хотим внести в шоу некоторые изменения. Поэкспериментировать…

– Да, конечно, – Покорны заранее соглашался со всем, – всегда надо заглядывать впе…

– На следующие одну или две недели, Манфред, мы хотим использовать другую музыку.

– Какую угодно. Какую вам будет угодно. – Голос Покорны стал еще более пронзительным.

– Я имею в виду, что мы хотим попробовать кого-то еще. Другого композитора. – С противоположного конца провода доносилось шумное дыхание. – Временно.

– Да, – пискнул Покорны. – Да, разумеется.

И в трубке послышались гудки отбоя. Арчер положил ее на рычаг.

«Все оказалось гораздо проще, чем я предполагал», – подумал он, встал с кровати и начал одеваться.

Глава 4

– Ругаться я не буду, – шептал Хатт. – И не в моих правилах брать на себя роль арбитра. Я считаю, что О’Нил превысил свои полномочия, сказав, что дает вам две недели, но, по моему разумению, сотрудники должны уметь принимать самостоятельные решения. Для агентства это скорее плюс, чем минус. Если эти решения меня не устраивают, я их не отменяю.