Улисс

Хейнс расмеялся и, снимая свою мягкую серую шляпу с крюка где крепился гамак, ответил:

– Вот уж не знаю, право.

Он вышел не спеша.

Хват Малиган наклонился поперёк стола к Стефену и выговорил в сердцах:

– Ну, ты и ляпнул, прям всем своим копытом. Зачем ты так сказал?

– А что?– ответил Стефен.– Задача – разжиться деньгами. У кого? На выбор: молочница и он. Орёл – решка.

– Я тут ему баки насчёт тебя забиваю,– сказал Хват Малиган,– а ты всё портишь своей вшивой издёвкой, иезуитскими подковырками.

– Надежды мало,– продолжал Стефен,– и на него, и на неё.

Хват Малиган трагически вздохнул и положил ладонь на руку Стефена.

– И на меня не больше, Кинч,– сказал он.

И тут же сменив тон, добавил:

– Но если как на духу, так ты, конечно, прав. Пошли они, такие хорошие. Води их за ноc, как я. К чёрту их всех. А теперь валим из этого бардака.

Он встал, величаво распоясался и снял c себя халат, смиренно приговаривая:

– Совлечены покровы с Малигана.

Вывернул на стол всё из карманов.

– Вот твой сопливчик.

Одевая стоячий воротничок и бунтарский галстук, он болтал с ними, делал выговоры, как и висячей цепочке своих часов. Руки его нырнули в чемодан и рыскали там, покуда он аукал чистый носовой платок. Самоугрызения сознания. Боже, всего-то и делов – нарядить персонаж. Хочу пурпурные перчатки к зелёным ботинкам. Противоречие. Противоречу сам себе? Что ж, значит сам себе противоречу. Крылоногий Малачи. Вихлястый черный предмет вылетел из его болтливых рук.

– Твоя парижская шляпа,– сказал он.

Стефен поднял её и одел.

Хейнс окликнул их снаружи.

– Так вы идёте наконец, приятели?

– Я готов,– ответил Хват Малиган, направляясь к дверям.– Выходим, Кинч. Надеюсь, ты успел доесть что мы тут оставили.

Отстранённо, он вышел понурой походкой, произнеся почти с тоской:

– И он побрёл, рыдая, с горки.

Взяв свою трость, Стефен последовал за ними и, когда те двое сошли по ступеням лестничного марша, притянул неповоротливую железную дверь и запер.

У подножия лестницы Хват Малиган спросил:

– Ключ взял?

– У меня,– ответил Стефен, опережая их.

Он шёл первым. Слышалось как сзади Хват Малиган хлещет увесистым купальным полотенцем, сшибая стебли переросшие прочую траву.

– Держитесь пониже, сэр. Куда вы выперли, сэр?

Хейнc спросил:

– А за башню вы платите?

– Двенадцать фунтов,–ответил Хват Малиган.