Полное собрание стихотворений

Сколько мнимого участья,

Сколько ласковых речей!

Но дохнет лишь старость злая,

Розы юности губя,

И друзья, как волчья стая,

К новой жертве убегая,

Отшатнутся от тебя.

Ты, отверженный богами,

Будешь нищ и одинок,

Как покинутый стадами

Солнцем выжженный поток.

Словно дерево в пустыне,

Опаленное грозой,

В поздней, старческой кручине

Ты поникнешь головой.

И погрязнешь ты в заботе,

В тине мелочных обид,

Словно дряхлый слон в болоте,

Всеми брошен и забыт.

Что нам делать? Страсти, горе

Губят тысячи людей,

Как пожар – траву степей,

И печаль растет, как море!

Что нам делать? Меркнет ум,

И толпимся мы без цели —

Так испуганных газелей

Гонит огненный самум!»

Баядеры поют про надежды и счастье,

Но напрасны тимпаны и лютни гремят;

Как рыдающий ветер в ночное ненастье,

Песни, полные жизни, для Будды звучат:

«Близок страшный день возмездья:

Задрожит земля и твердь,

И потушит все созвездья

Торжествующая смерть.

Мир исчезнет, как зарница

В полуночных небесах;

Все, что есть, нам только снится,

Вся природа – дым и прах!

Наши радости – мгновенны,

Как обманчивые сны,

Как в пучине брызги пены,

Как над морем блеск луны.

Все желания, как сети,

Как свеча для мотыльков:

Мы кидаемся, как дети,

За виденьем лживых снов.

Страсти, нега, наслажденья —

Никому и никогда

Не приносят утоленья,

Как соленая вода...

Что нам делать? Где спаситель?

Как защитника найти?

Бодизатва-Утешитель!

Пробил час, – пора идти!

В этот пламень необъятный

Мук, желаний и страстей

Ты, как ливень благодатный,

Слезы жалости пролей!.

..……………………….

1886

Дон Кихот

Шлем – надтреснутое блюдо,

Щит – картонный, панцирь жалкий...

В стременах висят, качаясь,

Ноги тощие, как палки.

Но зато как много детской

Доброты в улыбке нежной,

И в лице худом и бледном —

Сколько веры безмятежной.

Для него хромая кляча —

Конь могучий Росинанта,

Эти мельничные крылья —

Руки мощного гиганта.

Видит он в таверне грязной

Роскошь царского чертога,

Слышит в дудке свинопаса

Звук серебряного рога.

Санхо Панца едет рядом;

Гордый вид его серьезен:

Как прилично копьеносцу,

Он величествен и грозен.

В красной юбке, в пятнах дегтя,

Там, над кучами навоза, —

Эта царственная дама —

Дульцинея де Тобозо...