Пробуждение

Все это мистер Понтелье произносил монотонным голосом.

Миссис Понтелье спрыгнула с кровати и отправилась в соседнюю комнату. Вскоре она вернулась и легла, зарыв голову в подушку. Она ничего не говорила и отказывалась отвечать на вопросы мужа, когда тот стал спрашивать о сыне. Докурив сигару, мистер Понтелье улегся в постель, и не прошло и минуты, как он уже крепко спал.

К этому времени миссис Понтелье полностью проснулась. Она плакала, вытирая глаза рукавом пеньюара. Задув свечу, которую ее муж оставил гореть, она сунула босые ноги в шлепанцы, стоявшие у изножья кровати, и вышла на крыльцо, где опустилась в плетеное кресло и начала тихонько раскачиваться взад-вперед.

Время было за полночь. Свет погас во всех коттеджах, только в доме миссис Лебрен слабо светился вход. Снаружи не доносилось ни звука, лишь старая сова ухала на верхушке дуба, да вечный голос моря, негромкий в этот спокойный час, раздавался в ночи, подобно печальной колыбельной.

Слезы с такой силой хлынули из глаз миссис Понтелье, что мокрый рукав ее пеньюара больше не мог осушить их.

Одной рукой женщина держалась за спинку кресла, а другой закрывала разгоряченное лицо. Миссис Понтелье не смогла бы объяснить, почему плачет. Сцены, подобные предшествующей, были не редкость в ее замужней жизни. До сих пор они не слишком много значили по сравнению с неисчерпаемой нежностью ее мужа и его неизменной преданностью, которая подразумевалась сама собой.

Не поддающаяся описанию подавленность, которая время от времени возникала в потаенных уголках ее сознания, наполняла молодую женщину смутной тоской.

Подобно тени, легкой дымке, она наплывала на ее безмятежное настроение. Это было странное, незнакомое ощущение. Не то чтобы молодая женщина мысленно упрекала мужа, оплакивая судьбу, направлявшую ее стопы по избранной тропе, нет. Ей просто нужно было как следует выплакаться.

Над головой у миссис Понтелье резвились комары, они кусали ее крепкие округлые руки и жалили за голые ступни. Жужжащие твари сумели развеять мрачное настроение молодой женщины, которое могло бы продержать ее здесь, в темноте, добрую половину ночи…

На следующее утро мистер Понтелье проснулся рано, чтобы успеть сесть в экипаж, который должен был доставить его на пристань, где ему предстояло пересесть на пароход.

Он возвращался в город заниматься делами, и его не увидят на острове до следующей субботы. Самообладание, утраченное было в прошлую ночь, снова вернулось к нему.