Акулы во дни спасателей

Мы даже съездили всей семьей в “Перлридж”[27 - Второй по величине торговый центр на Гавайях.]. И каждый выбрал себе несколько вещей в “Гэп” и “Фут Локер”. И еще мы несколько раз устраивали хорошие ужины с ахи.

* * *

Наверное, мама всем говорила, что у нас своя жизнь и к нам нельзя заявляться когда вздумается. И люди к ней прислушивались, правда-правда. Кому-кому, а нам действительно повезло, что мы на Гавайях[28 - Кауи имеет в виду популярную пословицу “К счастью, мы живем на Гавайях” (Lucky we live Hawaii).

], потому что теперь ни до, ни во время ужина к нам никто не приходил, и мама с папой за столом подсчитывали прибыль, опустошая конверт с наличными. Потом возвращался Дин после очередной игры на площадке, объявляя о своем появлении стуком баскетбольного мяча по тротуару, бац-бац, громко, словно он сам внутри мяча и подпрыгивает от зависти.

В один из таких вечеров я заглянула в комнату Ноа. Прошло, может, месяца четыре с тех пор, как к нему стали наведываться посетители.

Он лежал на своей кровати, бессильно свесив руки. Дышал медленно, таращился в потолок.

– Эй, – окликнула я.

Он кивнул. И все.

– Тебе плохо? – спросила я.

Он отвернулся к стене. И меня это разозлило. Ему явно было плохо, но спрашивать его, что да как, никто не собирался. А он явно хотел, чтобы его спросили, вот я и спросила.

– Ну и пожалуйста, – сказала я, хотела было закрыть дверь, но тут он что-то произнес. Кто бы сомневался. Как раз когда дверь должна была закрыться.

 – Что? – спросила я и вернулась в комнату. Там на стороне Дина плакаты с рэперами и звездами баскетбола, у Ноа роботы и чуваки с мечами в объятиях грудастых принцесс.

– Даже если я тебе скажу, ты все равно не поймешь, – проговорил он.

Надо было тогда врезать ему по морде.

– Как жаль, что у нового короля Камеамеа[29 - Камеамеа I (1758–1819) – первый гавайский король.] нет времени побеседовать с деревенщиной, – съязвила я.

– Ты это о чем?

– Это ты мне скажи, – отрезала я.

 – Ты же у нас король.

– Я такого не хотел. – Он сел на кровати с таким видом, будто делает это из последних сил. – Да и что ты знаешь? Ты знать не знаешь, каково это. И никто из вас не знает.

Ох, брат. Он, похоже, и не догадывался, как прозвучали его слова.

– Я знаю вот что: ты задираешь нос, будто нас с Дином тут вовсе нет, – ответила я, и это была правда. Потому что мама с папой даже не просили его помочь по хозяйству, ведь ему нужно отдохнуть.