Акулы во дни спасателей

Вверху на левом бедре, там, где кожа была намного светлее, виднелся свежий порез. Сочилась кровь.

Мы заговорили одновременно. Я хотела знать, что он делает, он отвечал: уходи. Но я устала уходить. Я спрашивала, не больно ли ему, не позвать ли маму с папой.

– Нет, – сказал он. – Нет-нет-нет. Это не случайность.

– Ясно, что не случайность, – ответила я. – Ты видишь здесь кого-то еще с ножом в руке?

Он со стуком бросил нож на верстак, будто это о чем-то говорило. Например, что все кончено. Из пореза капала кровь.

Ноа просто смотрел.

– Исправь, – сказала я.

– Не могу, – ответил он.

– В смысле, сейчас? – спросила я. – Или вообще?

Мы глядели на кровь. Ноа так напряженно смотрел на рану, что я думала, у него лопнет лицо.

– Ноа?

– Никогда уже не было так, как на Новый год, – сказал он.

Это все объясняло. И почему он принимал посетителей только один на один, за закрытой дверью. И почему вернулся мужчина с Паркинсоном.

– Ноа, – начала я, – все эти люди…

– Я все равно что-то делал, – перебил он.

 – Чаще всего я это чувствовал, как если бы побывал в их теле. Но все эти картинки, приказы приходят снова и снова, я даже не знаю… – И он хлопнул себя ладонью по голове. Сильно. Потом еще раз. Потом зажмурился – и еще. Из-под закрытых век бежали слезы.

Я коснулась его спины, но он дернулся, точно от укуса.

– Уходи, – сказал он.

Пожалуй, я не удивилась. И сделала, как он сказал.

* * *

На следующий день после школы я вернулась в спортзал. Жара пуще прежнего. Ни облачка – не день, а головная боль, от которой щуришь глаза.

Шипение и стук автобусных тормозов. Рев голосов в спортзале и снаружи. Даже легкий веселый треск: в передней комнате рекреационного центра играют в пул. Я наблюдала за халау[37 - Школа.] сквозь открытую дверь.

Мы договорились, окей. Потому что я не попросила маму с папой оплачивать мое обучение. Я знала ответ. И куму сказали, что я могу приходить, если буду смотреть снаружи, так? Когда куму Вайлоа – в топе, изношенном до прозрачности папиросной бумаги, с торчащим из-под мышки пучком волос, похожим на вана[38 - Морской еж.

], лбом в оспинах и дельфиньей улыбкой, – когда она сказала, что я могу выучить все, что вижу, я сказала себе, что научусь всему.

Куму заиграли музыку для разминки. Мягкие легкие шлепки по ипу. Я повторяла за девушками в спортзале: ами, уве, кахоло, хела[39 - Движения ног в хуле.], шаг, взмах, руки то как молния, то как вода. Покачивания и круги бедрами. Моя спина и все косточки.