Лучше всех или завоевание Палестины Часть 3. Левит. Книга Числа. Поэтическое прочтение Ветхого Завета

В двадцать пять – вступать на службу им, в пятьдесят – звонок, отбой.

Хватит голосом простуженным призывать всех за собой.

Славословием и песнями голос свой легко сорвать.

Хватит врать, иди на пенсию… Что ещё им пожелать?

* «Лучше всех» – представители "богоизбранной нации", которой дозволительно всё в установлении своей власти над другими народами.

** ВПШ – Высшая партийная школа.

Глава 11. Про обжорство

Стал народ роптать на Господа, а пришельцы больше всех -

Кто нас всех накормит досыта? – И ввели евреев в грех.

Обнаруживали прихоти отщепенцы пришлых масс,

И сыны за ними хныкали: "Кто накормит мясом нас?"

Манну хаяли и плакали, на мучной взирая мусс:

"Долго толком мы не какали, позабыли мяса вкус,

Что в Египте ели даром мы. С тем, что запретил ислам,

Не согласны мы с татарами, и свинью есть можно нам,

Если завалить нечистую, освятив пред тем ножи,

Шашлыка кусочки вымочить и лучком переложить.

Манна, будь она небесная, одно слово – общепит.

Жизнь на манной каше пресная, даже тонус не стоит.

Помним египтянок прелести» – распинались те юнцы…

Так народ скатился к ереси. Ох, уж эти пришлецы.

От подобной плоти подлости возмутился бы Аллах,

Что в делах нечистоплотности тоже будет при делах.

Слышит Моисей стенания, что несутся из шатров -

Дал Господь мне наказание опекать таких козлов…

С детства был косноязычен он словно в Ниле крокодил,

В школе не был он в отличниках, вовсе в школу не ходил.

Был, зато у Бога рупором, как Писание гласит.

Обороты, правда, грубые и стилистика грешит.

К Иегове обращается и в печали говорит:

«Как мне, Бог мой, не отчаяться? Твой народ опять дурит.

Все грехи его дремучего на меня Ты возложил.

Так за что меня Ты мучаешь пуще чем иных вражин?

Разве я народ Твой выносил, чрево рвал, потом родил?

Ты ж меня как высшей милостью тем ребёнком наградил.

Говоришь: неси слюнявого аж до самого венца

В землю ту, что Я раззявою обещал твоим отцам.

Не раззявою, а с клятвою. Извини, переборщил.

Всё одно – тащи проклятого, на руках своих тащи.

А оно растёт прожорливо это самое дитя,

И уже с ножом у горла мне мясо просит не шутя.

В сердце отдаётся скрежетом этих недорослей плач.

Не достану – так зарежут ведь, в речку бросят словно мяч.

Не поднять сего народа мне, слишком для меня тяжёл.