Жилец

Этими картинками, вырезанными из старого модного журнала, миссис Бантинг очень дорожила, считая, что они придают убранству комнаты оттенок элегантности и изысканности.

Спешно включая газ, она радовалась в глубине души, что позавчера собралась с силами и сделала в комнате основательную уборку. Долгое время гостиная стояла в том виде, в каком ее покинули прежние жильцы – бессовестные неряхи. Бантингу пришлось пригрозить полицией, чтобы они убрались. Теперь в комнате был восстановлен безупречный порядок, за одним только важным исключением, о котором миссис Бантинг стыдилась вспоминать.

На окнах не было прозрачных белых занавесок, но это упущение можно будет легко исправить, если джентльмен в самом деле решится снять квартиру. Но что это?.. Незнакомец стал осматриваться с некоторым сомнением.

– Эти комнаты для меня слишком… слишком просторны, – сказал он наконец. – Я посмотрел бы другие, миссис… э…

– Бантинг, – мягко подсказала она. – Бантинг.

Говоря, она чувствовала, как на ее усталое сердце снова наваливается тяжкий груз заботы.

Что, если она все же ошиблась… то есть не совсем ошиблась, но неверно оценила возможности этого джентльмена? Не исключено, что он беден и сможет снять только одну комнату – скажем, за восемь или десять шиллингов в неделю; от такого подспорья им с Бантингом будет мало проку, но все же это лучше, чем ничего.

– Не желаете взглянуть на спальню, сэр?

– Нет, – отозвался гость, – нет. Думаю, я лучше посмотрю верхние комнаты, миссис… – Словно совершая колоссальное умственное усилие, он натужно выдохнул фамилию: – Бантинг.

Две верхние комнаты находились, разумеется, непосредственно над парадным этажом. Но выглядели они довольно жалко и убого, поскольку были начисто лишены украшений. К ним был приложен минимум усилий – собственно говоря, Бантинги, наняв дом, почти ничего в них не изменили.

В самом деле, трудно придать нарядный вид комнате, если главные предметы ее обстановки – раковина и газовая плита. Плита устаревшего образца снабжалась газом через автоматическое устройство, в щель которого полагалось бросать монетки.

Она принадлежала владельцам дома, сдавшим его Бантингам в аренду. Зная, что за нее ничего не выручишь, они бросили ее здесь вместе с другим хламом.

Мебель, как и вся прочая собственность миссис Бантинг, была добротной и содержалась в чистоте, но все же помещение выглядело пустым и неуютным, и хозяйка сейчас корила себя за то, что не позаботилась о его убранстве.