Как дышать в аквариуме (?)

– Вы что себе позволяете, молодой человек? – возмутилась регистратор, стоявшая позади двух пожилых охранников. – Это кто так себя ведет, вообще? А ну, сейчас же покиньте помещение!

Сплюнув, Валя вышел на улицу.

Плавленый день стекал медленно и неохотно. Здания тонули в духоте полуденного солнца, жара усердно душила улицы, казалось, под городом работает конфорка. Расстегнув мокрый пиджак, Валя вышел из загса и сразу направился мимо гостей к разговаривающему по телефону Леше. Тот, заметив друга, махнул рукой, мол, позже.

Валя одним движением вырвал телефон и кинул через ограду. Ошарашенный Леша уставился на Валю.

– Ты чё?! Да ты чё?! Это по работе! – взревел он.

– Ты его сюда привел? – Валя с силой тряхнул друга за грудки. Выпучив глаза, Леша стал брыкаться и отталкивать Валю плечами. – Ты ему ведь сказал?

– Придурок, на хер трубу отобрал?

«Валя!» – послышался истошный вопль Алины и женские визги: «Мальчики, мальчики!»

– Кто тебя за язык тянул, ну! И не увертывайся мне тут, слышишь?!

– А ну, пусти, дебил! Руки! Руки, я сказал! Пьяный, что ли? – порывался вырваться Леша.

Валя почувствовал, как его оттягивают за плечи, и напоследок успел пробить под Лешины ребра. Захрипев, тот осел на колени в поднятую пыль.

– Пошел вон отсюда, – переведя дыхание, Валя закашлялся.

– Ну-ну, вы чего, перепили уже? – вмешался подбегающий тамада. – В порядке? Жить будет. А ты чего тут? В себя приди, алё, весь день как на иголках!

Руки дрожали, но Валя, хоть и не сразу, успокоился.

До него донеслись громкие всхлипы неподалеку – на лавочке он увидел Алину в окружении подружек. Заметив Валю, она зарыдала еще громче.

– Уйди, прошу, – отворачивая лицо, плакала Алина. – Уйди.

– Алина, мне… – приблизился он.

– Валь, ну что за дела! – набросилась на него Настя. – Совсем с катушек съехал? Может, тебе вообще домой поехать?

– Ты… Ты… – давилась слезами Алина, размазывая под глазами тушь. – За что ты… Вот так ко мне…

Валя подошел к ней и, крепко обняв руками припухшее лицо, прильнул к ее солоноватым губам.

Та, вздрогнув, напряглась, а затем с дрожащим стоном обвила его шею.

– Алин, прости, – пробормотал Валя. – Я… Я… Теперь все будет хорошо.

Вытерев слезы о его плечо, та робко подняла голову.

– Валечка, ты любишь меня? Любишь?

Черные пятна под глазами делали ее жалкой и безобразной.

– Люблю, – сказал Валя, оттирая пальцами тушь с ее щек.

– И я тебя люблю. Валь, почему все… все так плохо сегодня?..