Как дышать в аквариуме (?)

Валя изо всех сил сжимал челюсти – аж скрипели зубы. Впереди уже можно было разглядеть распахнутые двери, но, как только они оказались перед входом, на пути возникло хлипкое тело тамады.

– А сейчас, – он обвел собравшихся радостным взглядом, его руки держали по голубой и розовой ленте, – молодых ожидает первый совместный обед. Но! Да, колечки-то вы надели, с одинокой жизнью оба простились, а обещанья не завязали. Вальк, бери, это твоя холостая жизнь.

Валя взял протянутую ленту и спрятал в карман.

– Да куда ты! – усмехнулся позади стоящий полноватый мужичок.

 – Узлом завязывай. Во городские, вам все спереть бы.

Валя достал ленту и завязал узел.

– Алиночка, подтяни тоже, подсоби женишку-то. Во-о-о, давай-давай! Отлично! И теперь холостяцкая жизнь никогда у него не развяжется. А знаете почему? Потому что теперь она у Ирины Павловны!

Толпа расхохоталась, тамада отдал голубую ленту стоящей среди гостей Алининой бабушке.

– Все, Алиночка, – улыбалась золотыми протезами старушка. – Я-то никогда не дам этому узелочку развязаться!

Валя сильно сжал ладонь Алины.

– А это, – тамада поднял розовую ленту, – женские капризы. Стоит ли с ними завязывать, м?

Повисшую тишину разорвал одинокий женский выкрик: «Нет!»

– Конечно нет! – торжественно прохрипел тамада. – Валь, держи на счастье.

– Вот тебе и талисманчик, – донесся еще один голос.

Настя с Олей откуда-то вынесли поднос с караваем и иконами, вручили его Алининой бабушке, после чего помогли ей выйти на середину.

– Что ж, товарищи гости, хлеб да соль молодым! – объявил тамада.

 – Но прежде нам бы хотелось, чтобы дети трижды поклонились: заботливой Ирине Павловне, Господу нашему и отчизне – России, которая вас воспитала.

– Любимые мои, – лепетала с придыханием бабушка, ее руки мелко тряслись, раскрытый образ дрожал на подносе. – Хорошие такие…

– Поддержим молодых!

Гости захлопали. Валю передернуло, как от озноба, он почувствовал, что вот-вот сорвется, но теплая рука Алины вовремя оплела его плечо.

– Давай, – расслышал он тихий голос.

Трижды кивнув головой, Валя быстро наклонился к караваю и отхватил огромный кусок хлебного мякиша. Алина, привстав на цыпочки, куснула верх пампушки.

– Глава семейства определился, поздравим! И напоследок, молодые, залейте ваши обиды. На-все-гда!

Им вручили шампанское, но не успел Валя допить остатки, как тамада выхватил из его рук хрустальный бокал.

– Значит, на территории стекло запрещено бить, – тихо пояснил он Вале.