Как дышать в аквариуме (?)

Спустившись с помоста, бабушка тем же путем полезла обратно.

– Что ж, поблагодарим несравненную бабушку! – постучав по микрофону, объявил тамада. – Теперь радости в вашем доме станет гораздо больше. А дальше… Дальше будет только горько! Подходите к молодым, кто хочет чокнуться, пожелать им счастья. Ура! Горько!

Их неуверенные, безжизненные поцелуи чередовались такими же выступлениями гостей. Потеющий лысый мужчина, который то и дело вытирал лоб метровым платком, другой рукой держал открытку перед полноватой кудрявой женой, пока та, перекрывая звон микрофона, выкрикивала пожелания.

Младший Алинин брат Коля, нервно дергаясь и извиваясь, исполнил что-то из своего рэпа. Коротко стриженная рыжая дама, напялив кокошник, спела частушки. Богдан подарил спиннинг. Аня с Вероникой вышли, держа по цветочному горшку, украшенному розовыми бантами, и в один голос пожелали расти их союзу, как эти бегонии.

– Ты бы поел хоть, – шепнула Алина, когда они под крики в очередной раз поднимались из-за стола. – Ну или выпил бы, что ли.

– Не хочу, – прижимая ее лицо к себе, ответил Валя.

– Так, все поздравили? А теперь танцы! Жених, невеста, просим!

Заиграла музыка, Алина потянула за собой Валю. Он выбрался за ней на середину зала и, сжав протянутую руку, терпеливо стал ждать, когда сияющая Алина наконец закончит кружиться.

– А ну, поддержим жениха-а-а!

Погас свет, вдоль стен заплясали разноцветные огоньки. Гости высыпали из-за столов, трясущиеся руки и животы обступили Валю с Алиной.

«Американ бой, уеду с тобой…» – оглушающе гремело отовсюду. Все вертелось перед глазами в жаркой карусели из тел, засасывало в себя невыносимо тошнотворной воронкой, еще и еще, еще и еще, еще и еще. Валю замутило. Растолкав плечами студенистые потные комья, он еле протиснулся на свободу. Здесь шум скрадывался, в глубине прохладного коридора был слышен лишь глухой грохот басов.

Ударившись спиной о наличник, Валя шумно выдохнул. Судорожно сведенные пальцы не слушались, ноги дрожали, и тяжелый спертый воздух распирал грудную клетку.

– Блядь, блядь, блядь, – сжав зубы, бился он затылком о стену.

В проходе показались две тени, Валя тут же оттолкнулся от стенки и юркнул в уборную. Кто-то сюда шел. Повернув задвижку, он прислушался. Знакомый Санин голос отзывался на чьи-то расспросы, но речи не было слышно – все портила громкая музыка. В какой-то момент показалось, что они минули дверь, но вдруг ручка резко затряслась. Валя отскочил как ужаленный.