Гори

– Почему “к сожалению”?

– Потому что я хотел, чтобы меня поймали, хотел привлечь внимание к себе. Не быть просто сыном известных родителей. Меня всегда сравнивали с отцом. Злая ирония заключалась в том, что отец мне и помогал выпутаться из очередной сложной ситуации. Лишь сейчас я понял, что я тоже личность, тоже чего-то стою и что-то умею.

– Ты употреблял наркотики? – Я просто не могла не спросить об этом.

– Я курил травку… – Ваня испытывающе посмотрел на меня и поспешно добавил. – Сейчас я вообще ничего не делаю из того, что перечислил.

Я не знала, что сказать. Ваня ждал, наверняка, чего-то приободряющего. Но я никак не могла подобрать слова. Я знала многих ребят, кто прожигал жизнь именно таким способом. Клубы, полные дыма от сигарет и травки, алкоголь, льющийся рекой, откровенные танцы, встречи на одну ночь. Все это был путь в никуда. И я была рада, что Ваня с него сошел. Но надолго ли?

– Я тебя напугал?

Я кивнула в ответ. Такие разговоры еще больше пугали, когда над тобой голубое небо, под ногами желтые листья, а вокруг простирается сладко-горький запах осени.

К моим ногам подлетел кленовый лист, ярко-оранжевый, с красноватыми прожилками. Я взяла его в руку и покрутила. Откуда он взялся, если вокруг одни яблони? Я смотрела на этот одинокий лист, и вдруг поняла, что не хочу здесь находиться. Мне захотелось сбежать, или скорее, вернуть вчерашний день, когда мы смеялись до слез над ничего не значащими шутками. Вчера Ваня был просто красивым парнем, сыном рок-звезды, да и он сам был настоящей звездой для меня. Без сложностей, легким и жизнерадостным. Зачем Ваня затеял этот разговор? Ему стало легче, а вот мне… Мне стало только хуже. От его признания. От того, что ответить ему своим признанием, я все еще не могла.

– Прости, но ты должна была знать правду. Сейчас я ничего не употребляю. Ты должна мне верить.

– Я верю тебе, – тихо ответила я.

– В тот момент я просто хотел развлечений, мне этого не хватало. Я не оправдываю себя. Я был дураком…

– А вдруг тебе вновь захочется таких развлечений? – спросила я, заглядывая в его глаза.

– Совершенно точно нет. Мне это уже не нужно, и я жалею, что все это было в моей жизни – Ваня взял мою руку в свою. – Ты мне очень нравишься. И я не допущу, чтобы ты огорчалась из-за меня.

Он поцеловал меня с таким чувством, будто никогда не хотел отпускать, будто боялся потерять. Мы так и стояли, обнявшись, под лучами утреннего солнца, пока не раздался звонок на урок.