Покинутый бог

Все были заняты, говорили по каким-то пластинкам, которые прикладывали к уху, и спешили по своим делам. Лишь один мидгардец никуда не спешил и был готов что-то дать промерзшему юноше, но он и сам был таким же просящим. Дурно пахнущий, сидящий на картонке у стены дома, держащий в немытых руках бумажный стаканчик с монетками. Локи не знал, что в нем было сильнее: брезгливость или жалость к старику, у которого и так ничего нет, но от предложенной мелочи он отказался и побрел дальше.

Вновь зажглись яркие огни вывесок.

На городок опускались вечерние сумерки. К этому времени Локи дважды чуть не задавило самоходными повозками, он умирал от голода, дрожал от холода и уже успел почти подраться с толпой наглых прыщавых юнцов, которым не понравилось, как он одет.

Один, кажется, мог праздновать победу. Великий Маг страдал за свои и чужие грехи и уже был близок к тому, чтобы начать рыдать от отчаянья. Озябшие ноги сами привели его обратно к стеклянной двери. Сверху на вывеске значилось «Бар Розалин».

Асгардец зашел внутрь. Не обращая внимания на удивленные взгляды первых посетителей и протестующие крики бармена, Локи прошел знакомой тропой на кухню и произнес:

– Розалин Клиффорд, мне нужна твоя помощь.

Пожилая негритянка стояла к нему спиной и мыла тарелки в большой раковине. Услышав, как к ней обращаются, женщина обернулась. Она вытерла свои натруженные руки о передник и, улыбаясь, сказала:

– Здравствуй, милый! Ну, вот и ты. А мы все гадали, когда же ты снова появишься.

– Мне нужна твоя помощь, Розалин Клиффорд. Никогда и ни у кого я ничего не просил, но, видимо, судьба не оставляет другого выбора. Мир смертных стал намного хуже, чем я мог себе представить.

Темные глаза тетушки Роуз заблестели, встретившись с холодным и жестким взглядом черноволосого парня в плаще:

– Выбор есть всегда, мой дорогой. И я рада, что ты пришел сюда. Но какого рода помощь тебе нужна? Что с тобой стряслось?

Меньше всего Локи был готов к расспросам.

Он уже понял, что в новом мире людей нет места богам и вере в них, а значит, его рассказ покажется бредом. Выдумывать же на пустой желудок асгардец не любил и потому ответил просто:

– Это долгая история, – он задумчиво обвел взглядом кухню маленького бара и добавил, – я хотел бы остаться здесь, пока не пойму, чем она закончится.

В этот момент на кухню вошел бармен. Сухой и угрюмый, ростом он не уступал молодому богу.