Жажда доверия. Умеют ли чудовища любить?

Голый, со слегка влажной кожей, придерживающий на поясе покрывало:

– Послушай, зай, не надо делать поспешных выводов! Это вообще не то, что ты думаешь. Когда я тебе все объясню, ты еще смеяться будешь!

Его голос взволнованно дрожал. Кристина продолжала бросать в спортивную сумку какие-то вещи, не отвечая ни слова. Тогда Артем предпринял еще одну попытку.

– Кристина, ну, хватит! Ну, посмотри ты на меня хотя бы! – он взял ее за плечи сзади, собираясь развернуть лицом к себе.

И тут что-то внутри нее щелкнуло, будто сломалось, треснуло от напряжения.

Или это разбилось ее сердце, или кто-то спустил курок у нее в груди. Девушка схватила нож, забытый кем-то на столе и вырвалась из рук парня. Резко обернувшись к нему лицом, Кристина процедила сквозь зубы:

– Не подходи! Не смей! Больше никогда не смей ко мне приближаться! Ты понял?! Никогда!!!

– Кристин… Ну что ты?! Ты подумай, что творишь! – он ошарашено отступил на шаг назад, зачем-то подняв ладони вверх, будто ему грозили пистолетом.

– А ну отойди с дороги, – она понизила голос почти до шепота, также не выпуская из рук нож, – если не хочешь, чтобы я, и правда, натворила что-нибудь!

Артем испуганно отступил. Девушка, которую он, как ему казалось, хорошо знал, теперь была сама на себя не похожа. Серо-зеленые глаза горели ненавистью. Рыжеватые волосы, намагниченные шарфом и морозом, растрепались и придавали ей вид совершенно безумный и яростный. Не выпуская ножа из рук, Кристина проскочила мимо него в прихожую, схватила кошку и ее переноску, а затем выскочила в подъезд.

Громко хлопнула дверь.

«Поехавшая», – донесся следом женский голос.

Только внизу в подъезде она немного пришла в себя. Свалила вещи на пол, принялась застегивать сумку, пальто и один расстегнутый наполовину сапог, совать лысую питомицу в переноску. Из глаз по горячим от волнения щекам катились слезы. Они ей мешали, и девушка путалась в пуговицах и молниях. На улице на парковке долго не могла найти в сумочке ключи от машины.

Наконец, погрузив скромный багаж в свой белый Шевроле Круз, она завела автомобиль. Но тронуться не сумела. Громкие рыдания против воли согнули ее пополам. Она уронила голову на руль и заревела, уже не сдерживаясь. Из магнитолы доносилась какая-то жизнерадостная мелодия, кошка в переноске начинала волноваться и утробно мяукала, а Кристина плакала и не могла остановиться.

Наконец, через несколько минут, ей удалось взять себя в руки.