Одна из ста дорог. Часть 3

– Никогда не смей меня так называть, слышишь! Никогда! – Остановившись и слегка обернувшись, сквозь зубы жёстко процедила она. Так называл её только один человек – её отец. – Не звони мне больше. Не надо.

Сухо закончив, Лиза звучно захлопнула за собой дверь, ставя точку в этом вопросе.

12.03.2010

– Ира, привет. Только не ругайся и ничего не спрашивай сейчас. Я потом расскажу. Забери меня, пожалуйста, из больницы. Я сейчас адрес сброшу, – ровным тоном сказала Лиза в трубку.

– Лиза, ты с ума сошла?! Мы не можем тебе дозвониться несколько дней! Ты где пропала? Какая больница? Лиза! – кричала всегда спокойная Ира.

***

– Ребят, спасибо, что приехали…так быстро… – Глаза у неё были пустые, тон раздражающе спокойный.

Лёша снизил скорость и посмотрел на жену, которая хотела взорваться и от непонятной ситуации, и от её долгого молчания в машине.

– Мы договорились встретиться восьмого марта. Я прилетела. А…А он забыл или…Не знаю, в общем. И там девушка эта…Они…Потом он сказал, что никогда меня и не ждал.

И вообще…устал, – тихо начала подруга, смотря в окно.

– Лиз…Ты, что из-за этого…? Да он и слезинки твоей не стоит… – эмоционально отреагировала Ира, но, поймав взгляд Лёши, снова остановилась.

– Нет. Что ты. Конечно, не стоит.

Лиза не стала говорить, что она не просто ехала в гости. Она собиралась всё бросить ради него. Сейчас это даже звучит смешно и стыдно. Стыдно перед самой собой.

– Я таблетку в такси приняла. Всё было нормально. Но…на трассе мы попали в аварию.

Встречка. Водитель молодец – вовремя сориентировался. В общем, случайность какая-то. Ударилась немного только. Но в больницу всё-таки забрали. А там…

Тут Лиза замолчала. Её никто не перебивал. Все поняли, что расставание – это, видимо, было не самое тяжёлое.

– А там…кровь…Врач сказал, что случился выкидыш.

Ира с Лёшей испуганно переглянулись.

Лиза даже не шелохнулась, по-прежнему спокойно корректируя слова и выдавая только саму суть, без деталей и эмоций. Она, в принципе, не любила лишних слов, исключая работу, когда могла говорить с лёгкостью обо всём и не переставая поддерживать беседу.

В обыденной жизни она предпочитала кратко и понятно выражать свои мысли, не распыляясь на лишние, зачастую ненужные слова и размытые формулировки. Эта особенность также очень помогала в случаях, когда приходилось расставлять границы, как личные, так и рабочие.

За неделю в больнице Лиза уже начала процесс самовосстановления или саморазрушения.