Наводнение

Йолка, французский бульдог, у нас не особо притязательна. Делала свои дела на коврик, специально постеленный. Сара, Кане-Корсо, смотрела на нее брезгливо. Мама, проснувшись, ничего не понимала. Деменция.

Вода прибывала. Мы уже поняли, что она не остановится. Из окна видели, что весь двор заполнен бревнами, старыми стульями, даже мотоциклетный шлем плавал, было много бочек разных размеров. Течение было сильное. Через два дома от нас в проулке течение было настолько сильное, что снесло забор у соседей. Иногда проплывали крупные собаки, они плыли быстро, течение им помогало.

Соседский пес Тузик застрял в опорах виноградных кустов. "Смотри-ка, жив Тузик."– обрадовалась я. Пес, увидев нас, начал поскуливать. Появился сосед на крыше сарайчика, который примыкал к их чердаку.

– Тузик жив и скулит.

– Вы как?– спросила я его.

– Терпимо, – был ответ.

Он стоял в трусах и смотрел в сторону виноградных опор. Потом спустился с крыши и поплыл к собаке. Тузик молчал, видно, не верил в свое спасение.

Очутившись уже на крыше, облизывал руки соседу, ласкался.

– Браво! Спасибо! – закричала я.

Вода прибывала. Диван, который должен был спасти нас от наводнения, плавал посередине двора. К нему присоединился стол, который стоял под окном. На столе стояли горшки с комнатными цветами. "Держит равновесие", – подумала я.

Ближе к полудню раздался треск справа от нашего дома. Мишин дом раскололся на две половины, чуть позже крыша осела вниз. И пошло-поехало. Соседский дом наискось по улице точно также поступил, боковая стена завалилась, крыша съехала набок.

После обеда соседский дом слева от нас ушел под воду. Вода прибывала. На лестнице остались сухими верхние три-четыре ступеньки. На нашей улице, в нашем обозрении, оставались мы и соседи через дом. Вокруг нас были руины, покосившиеся дома, расколотые на две половины, без боковых стен.

Вечером мы увидели, что наш диван-баржа выплыл на улицу. Это означало, что забор впереди дома, кирпичный, кстати, рухнул и дал свободу дивану.

Крыша гаража скрылась под водой. В гараже стоял, вернее плавал, или все-таки стоял, автомобиль, тяжелый для плаванья. Зато на первом этаже плавал холодильник, как бочка.

Уже глубоким вечером появилась лодка со спасателями. Они плавали по улице туда-обратно, но почему-то без людей. Нас спросили, хотим ли мы эвакуироваться.

– Конечно, хотим, – ответили мы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».