Прошито насквозь. Прага и Будапешт. 1970

Интересно, сколько недель прошло с тех пор, как она переехала в эту квартиру? И куда (в какую страну, в какой город?) она собирается вернуться после того, как пройдут эти месяцы?

Подъезд с широкими лестничными площадками, красивыми лестницами и высокими потолками был безнадежно испорчен мелким мусором и старыми надписями, которые никто не собирался стирать. В тусклом электрическом свете они казались аляпистыми и бесформенными, их контуры сливались и наползали друг на друга. В своем черном пальто и уже знакомых туфлях древесного цвета женщина казалась здесь существом из иного мира.

Она поднималась очень тихо – при каждом шаге ее каблуки оставались навесу, она наступала лишь на носочки, и поэтому двигалась почти бесшумно. Адам наблюдал за равномерными движениями ее ног, и ему было страшно, что она не сможет удержаться, если вдруг наступит самым кончиком носка и соскользнет вниз. Разумеется, для такого случая здесь был он – сегодня он подстраховывал ее и не позволил бы ей скатиться вниз по лестнице. Но что если она упадет в другой день, когда будет одна?

Они поднялись на третий этаж, и она вынула ключи из кармана.

Квартира состояла из двух просторных комнат, совмещенного санузла и балкона. Кухни не было, но этот вопрос был решен при помощи дачной плитки на две конфорки, размещенной у окна.

Она скинула пальто на одно из кресел и осталась в темно-синем клетчатом платье.

– Вы у меня дома, и имеете право знать, как меня зовут, – улыбнулась она, подхватывая со стола турку и скрываясь за дверью ванной.

Уже оттуда она сообщила: – Меня зовут Ева. И учитывая, что ваше имя Адам, мы не самая лучшая пара. От нашего знакомства никакого добра уж точно ждать не стоит.

– Формальности, религиозность, суеверия. Вы не походите на женщину, которую могут остановить пустые предрассудки и совпадения.

Она вернулась, оставив свет зажженным, а дверь приоткрытой – через зазор между краем двери и косяком можно было разглядеть белое полотенце, висевшее на крючке у порога.

– Идите мыть руки, – сказала она, возвращаясь к плите.

Когда он выполнил ее инструкции и прошел в комнату, обнаружил, что свет погас. Желая понять, не отключили ли электричество, он оглянулся и понял, что в ванной свет все еще горел.

– Лампа перегорела? – спросил он.

Ева, которая стояла у балконного окна и смотрела вниз, повернулась к нему и покачала головой:

– Будем пить кофе. Я люблю делать это в темноте. – Она подтолкнула коленом стоявший рядом стул: – Идите сюда, присаживайтесь.