Книга Мануэллы

Восход жизни моей, грусть моя…

Кажется, спит сейчас за спиной, милая, обнаженная, полуприкрытая теплым одеялом, положив голову на руку… Я боюсь побеспокоить её, поднять сброшенную на пол подушку, перекинуть одеяло по диагонали разобранного дивана, чтобы оно приняло положение умотуманящего тела… Господи, помоги мне!

Как давно это было, сколько дней прошло, лет?.. Бесконечность! Слепящая, головокружительная пропасть, которую никогда не преодолеть, никогда! Только назад есть дорога – в воспоминания. Но и они – отрада.

Все началось полгода назад, когда мои собственные несчастья одно за другим скрывались под темной водою Леты, а жизнь наполнялась все большими красками, как экран монитора, после приобретения хорошенького видеоадаптера. Причем этим последним дело не ограничилось, и я начал задумываться над покупкой автомобиля. Вещь по большому счету суетная и бесполезная, но в иных ситуациях позволяющая избегать жизненного неудобства. Времени в моем распоряжении – вечность, весеннее солнце дурманило голову неопределенно-сладкими грезами, – одним словом, нужно было заняться чем-нибудь несерьезным, например, окончить автокурсы.

Смутные надежды на жизнеопределяющую, долгожданную встречу с волшебным существом, составившим счастье моей жизни или хотя бы осветившим несколько её тусклых мгновений, быстро развеялись уже на первой теоретической лекции. Полуразбитый класс, наполненный эго-маскулинной массой, кое-где скрашенной веселым девичьим безразличием, которое отчасти объяснялось замужним статусом этих жемчужин, напрочь убили во мне интерес.

Я отдался учебе. Даже подсевшая ко мне в первый день девушка “де юре” и существо неопределенных амбиций “де факто” не вызвала во мне никаких эмоций, кроме, разве что: “Слава Богу, что это не тот мрачный жирный боров, сидящий во втором ряду”. Одним словом, я был счастлив, что хоть чем-то занимаюсь, что адреналин гуляет в моей крови в предчувствии будущих экзаменов, назло ленивому весеннему солнцу и мечтательной сонливости.

Наташку увидел там же, в первый день, она сразу привлекла внимание, не знаю почему. Она выделялась. Секунды, за которые я окинул класс, не могут ничего объяснить. Заметил только, что она была невысокого роста, немного полной, очень красивой, что вызывало недоумения о необходимости количества косметики на лице, живая, светловолосая, очень уверенная в себе, чрезвычайно уверенная, – в отличие от остальных легкомысленных бабочек в ней чувствовалась сила.