Добро пожаловать на тот свет

На одной из них я примерно двух лет отроду с заплаканными глазами сидела на горшке, а рядом стояла кукла выше меня ростом, в таком же, как у меня, платье в горох (почему-то я совсем не помню эту куклу и это платье).

– Какая хорошенькая! – прокомментировала загробная служащая.

Мне, правда, собственная зареванная и сопливая физиономия не показалась хорошенькой, да и фотография, можно сказать, была интимная. Да и вообще, не особо-то приятно, когда посторонний человек копается в твоей личной жизни. Но я чувствовала, что так нужно.

Приходилось терпеть.

– Э-э-э (это стало входить в привычку), а можно спросить, почему вы всё-таки назвали данное место «этим светом», а еще, куда мне теперь идти? Я голодная, да и помыться бы хотелось, пахнет не очень, по-моему…

– И не только по-твоему! Ты что не русская? (я пожала плечами, мол, наверняка русская) А почему тогда с родным языком не дружишь? Там (она махнула рукой в сторону окна), откуда вы приходите (странно, но лично я зашла в комнату через дверь), вы называете наш свет «тем светом», следовательно? – женщина заглянула мне в глаза, надеясь, что я сама догадаюсь, однако увидев в них полный штиль, продолжила).

 – Следовательно здесь он становится «этим светом», а ваш свет или по-другому жизнь – тем светом. Ну, поняла, голубушка?

– Нет, – буркнула я. – А поесть дадут?

– Разумеется. Сейчас за тобой придет Катя и проводит в другое здание, – она нажала кнопку сбоку стола, похожую на обычный дверной звонок. – Может быть еще увидимся, – и махнула на прощанье, давая понять, что разговор окончен.

Несколько минут мы сидели молча.

– Извините, можно последний вопрос? – и я, не дожидаясь ответа, поинтересовалась. – Как вас зовут?

А услышала то, к чему совершенно не была готова.

– Михаил Викторович.

Я открыла рот, намереваясь отчаянно заблеять, но в этот самый момент в комнату вошла девушка.

Глава 5. В которой я узнаю истории Кати и Михаила Викторовича и получаю долгожданные обед и отдых

Она относилась к тому типу женщин, про которых так и хочется сказать «какая милая».

Стройная, но с аппетитными формами, со здоровым (если это слово тут было уместно) румянцем, с чудными ямочками и теплыми, практически черными глазами. Но самое замечательное в ее внешности – волосы. Наверное, в роду у Кати были евреи или армяне, или итальянцы (иногда мне кажется, что все они на самом деле один народ). Волнистые, цвета молочного шоколада, до пояса.