Добро пожаловать на тот свет

Возле виллы было прибрано, голые ветви кустарника аккуратно подстрижены, изящные скамьи покрыты свежим лаком, а странный снег расчищен. Я побрела по тропинке вокруг дома и обнаружила большой бассейн. Сияло такое множество огней, словно я очутилась на вечеринке золотой молодежи в том же Лос-Анджелесе, правда, вместо воды был голубой лед. Махровые полотенца, неряшливо брошенные на шезлонги, выглядели тут дико и неуместно. На одном из лежаков полулежал негр в купальных плавках и напевал какую-то песенку на английском языке.

– Вы Уильям? – я сразу перешла к делу, здесь настолько всё было мертво, что здороваться не хотелось.

– Да, упокой тебя. Кто такая? Новенькая? – негр шпарил по-русски уверенно, практически без акцента.

Я представилась и присела на соседний шезлонг, поставив аптечку на колени.

– Вам должно быть ужасно холодно! Почему вы раздеты? Вы ведь простужены (я слышала это по дыханию, он сильно хрипел), но сидите на таком морозе!

– Не твое дело! Если сижу, значит, так надо! Нет у меня одежды, только трусы, к тому же я давно привык.

– Но в доме наверняка есть что-нибудь, тот же плед. Да и вообще, внутри тепло, пойдемте туда.

– Хренушки там тепло, еще холоднее, а плед мне не полагается! – Уильям не хотел больше это обсуждать (я почувствовала). – Давай, делай укол, измеряй температуру и вали отсюда! Напомни-ка, как тебя там зовут.

Я напомнила и поинтересовалась, чем его лечили до моего визита.

– Витамины какие-то, вроде В 6. Колола Катька, больше некому.

Рука у нее как у металлурга, шишки вот, – пожаловался Уильям и потер ягодицу.

Потом встал, я потихоньку рассмотрела его, мне ведь прежде не доводилось вот так близко видеть настоящего (чуть не брякнула «живого») негра. Он был чуть выше меня, худой, очень черный – прямо-таки головешка, на лице сильно выделялись белки глаз и зубы, которые вопреки ожиданию белоснежными не оказались, может быть, Уильям много лет курил или пил крепкий кофе.

Я открыла аптечку, достала градусник, стряхнула и протянула.

Уильям послушно сунул под мышку. Я поинтересовалась, как он себя чувствует, болит ли горло, есть ли мокрота при кашле. Он же сказал:

– Ты врач, настоящий человеческий доктор! Не то, что Катька! – и снова потер место уколов.

Мы помолчали, я не стала объяснять, что я не врач, а всего-то медсестра. И вдруг у меня родилась идея.

– Уильям, давай я оставлю тебе шубу, валенки, а еще мы укроем тебя полотенцами, вот этими (я указала на шезлонги).