Район на район, или хаос юго-востока

А Салик… – Кислицын задумался и, снова пожав плечами, добавил: – Я хрен его знает, где он…

– А Писягин где? – прикурив и зажав фильтр сигареты зубами, выдыхая густую струю дыма, спросил дембель.

– Писягин служит, а Салик на тюрьме чалится, – сказал кто-то из ребят, стоявших у стола.

– Это кто там пукнул?.. – снова грозно спросил дембель и поманил рукой. – Подь сюды.

Подошёл Слава Антонов.

– Здорово, – тихо сказал Ивашка и подал руку. – Садись! – предложил он по-доброму и похлопал рукой по дивану рядом с собой, приглашая присесть.

 – Да всё, расслабьтесь вы! Садитесь все, пацаны. Вы же «Птицы» мои, да?

Ребята зашумели. Отовсюду послышались подтверждения: «Да», «Птицы» и тому подобное. Все стали расходиться по комнате и занимать места на диванах и стульях.

– Ну вот, вы же стая моя молодая! – добродушно раскинув руки, с улыбочкой подытожил дембель. – О! А этот… как его? Пономарь-то где?

– Я Пономарь, – хмуро ответил Дима.

– Ты Пономарь? – удивился дембель.

– Ну да.

– А-а-а! Ты младшой, что ли? – догадался Ивашка.

 – А Михон-то Пономарь где?

– Миша служит ещё, – так же угрюмо проговорил Дмитрий.

– Ну-ну! И чё? Иди сюда-то, – солдат нетерпеливо подозвал к себе Пономаря-младшего. – Он же раньше меня служить-то ушёл! Э-э-э… Точнее, мы в один день… Сегодня же седьмое? – вдруг округлив глаза, спросил он, и, не дождавшись ответа, продолжил своё рассуждение. – Седьмое. Значится… сёня ровно два года – семьсот тридцать дней в сапогах! – он поднял палец вверх. – То есть… – он опять смутился.

 – Сегодня, конечно, ещё месяц до двух лет не хватает. Седьмого июня два года будет. Но я в отпуске-то не был, ёмана, поэтому раньше на месяц дембельнулся. А он чего, в отпуске был, что ль?

– Не. Не был, – ответил Дима Пономарь. – Он матери написал, что после Дня Победы вернётся. Там парад у них, то-сё.

– А-а-а-а! – прохохотал Ивашка. – Лошара, блин! Залётчик, походу! Ёмана.

– Да не, он не залётчик, – опроверг Пономарь-младший. – Он, наоборот, там, отличник! Старший сержант!

– О-о-о! Старшой! – с уважением понизив голос, удивлённо проокал Ивашка.

 – Десантура! Ёмана. Все дела! Ну короче! – он хлопнул в ладоши. – Мы же, как в «Железку»-то на сборник[5 - Сборник – сборный пункт в военкомате города Железнодорожного.] приехали, его сразу же в этот же день в команду забрали. Дерзкий такой, ёмана, летёха за ними приехал. Я б ему всёк, если б он на меня так орал, – Фёдор Ляксеич довольно заулыбался, потирая кулак об ладонь.