Чужое не брать!

Петр мягко тронулся с места, глянул на подъезд родного дома. Немного защемило в груди. Он сентиментален. Скоро они вернутся. Нечего грустить. Медленно удалялся дом. Надя посмотрела на окна их квартиры. Беспокойно заерзала. Вдруг забыла выключить свет, а возвращаться плохая примета, и не помогал ей никогда обязательный осмотр себя в зеркале перед повторным выходом из дома. Но нет. Окна не горели, а были пустыми словно глазницы у покойника. Зачем такое сравнение? Не к добру эти слова перед долгой поездкой! Ведь они вдвоем едут, с мужем, с тем, которому она доверила свою жизнь и жизнь их ребенка.

Под защитой мужа не страшно. Никогда не было страшно. Все демоны спокойно спят, впереди только радость. Так ведь? Но что это мелькнуло в окне? Ветер всколыхнул тюль? Она закрыла все окна и лоджию.

– Петь? Что там? В окне?

– Не вижу! Мы на большую дорогу выезжаем. И что же там? – Петька не раздражался, нет. Не такой у него темперамент. Но Надя всегда боялась раздражения. Так и не изжила из себя за долгий брак эту боязнь.

Петька спокойно поинтересовался. «Что там?».

– Занавески шевелятся. У нас в квартире. А сын через час только подойдет. Ты дверь запер?

– Конечно, запер. Это собаки твои бродят по комнатам, вот и шевелятся занавески. Успокойся.

– А… точно. Только я собак в прихожей заперла.

– Ну, значит, тебе показалось, Надя. – Спокойно произнес Петька. И оглянулся на жену. – Ты хочешь вернуться? Проверить?

– Нет, не хочу. Скоро сын придет за собаками.

Скажет, если что…

Надя глубоко вдохнула и заставила себя не думать об этом. Показалось. Ничего там нет. Только тени ушедших из жизни людей.

***

Люся достала сигареты. Да, она знала, что это стереотип, и что с сигаретой лучше не думается, что мозг, наоборот, начинает усиленно нуждаться в кислороде, чтобы просто продолжать функционировать. И уже речи нет о каком-то мифическом просветлении. Не забыть бы то, что уже знаешь. Скажем, таблицу умножения. Но у Люси была своя теория на этот счет.

Если сигаретный дым и его вдыхание не выводят деятельность мозга на новый уровень, то, значит, сигареты отрезают путь от реальности, и ты начинаешь вариться в соку изучаемой истории, в самом ее соку, в самой сердцевине. Ты не начинаешь думать лучше, но ты начинаешь видеть ситуацию изнутри, ведь доступ к внешнему миру отрезан, ты отупел, ты куришь, и словно муха в янтаре замираешь в той преступной истории, о которой читаешь.