Чужое не брать!

Будь он проклят и будь проклят тот, кто его нахимичил, кому приснился его адский рецепт в кошмарных снах. Люся была потомственной алкоголичкой. В завязке. Срок этой завязки равнялся сроку любого ее трудного дела. Последнее расследование о череде исчезновений девушек из медучилища длилось полгода. Полгода трезвой, ясной жизни… Жизни рядом с Петькой.

Сколько Люся себя помнила, она всегда была рядом или почти рядом с Петькой. Росли они в одном дворе, ходили в один детский сад, потом в одну школу, институт, часто пересекались, но никогда особенно не дружили.

Петр был красивым, стройным, высоким, умным и веселым. Особенно пока не женился. Шутки лились из него плотным потоком. Ему не нужно было ничего придумывать. Такой у него был склад ума. Юморной. Петька шутил без улыбки. Люди удивлялись. Но он не шутил в общем понимании этого слова, он просто так думал. Всегда его стакан наполовину был полон. Никогда не пуст. Это могло вызывать зависть. Но не особенно вызывало. Потому что Петька не кичился своими такими способностями ко всему относится легко, все принимать и прощать сразу, как это произошло. Этому не завидуешь. Бессмысленно завидовать человеку, родившемуся в знаменитом городе или с темной кожей. Так случилось. Так природа решила. Просто Петр вот такой вот человек.

Но, конечно, находились и завистники и безнадежно влюбленные. Петр был ярким. Тут уж никуда от этого не денешься. Интересно другое. Как такой очевидно рациональный взгляд на жизнь, легкий и веселый, может помогать Петьке в его профессии?

***

Люся подозревала, что все же где-то внутри у Петьки сидят демоны.

Ну не может человек быть таким лучезарным, таким милым и пушистым, даже оставив за спиной жуткую трагедию, что произошла в его жизни. Таня… Наша Таня громко плачет, уронила в речку мячик. Таня страдала многолетней бессонницей и как-то наглоталась таблеток до тошноты. Петька не успел ее спасти. Давно это было. Быльем заросло. Но ведь было? Была у Петьки тоненькая юная любовь. Таня. С огромными зелеными глазищами, которые она подводила серебристо-голубым карандашом. Таня была ему под стать. Тоже высокая, тоже щедрая на улыбку, на непринужденную шутку. Они шли, держась за руки по узким коридорам института. Таня училась отменно. Все ей давалось легко. Как и Петьке. Они были самой гармоничной парой из всех, что можно себе представить, из всех, что видела Люся на своем веку. А видела она немало из-за службы в полиции.